Происшествие в Вистерия-Лодж.  Артур Конан Дойл

Глава 1. Часть 1. Странный случай с мистером Джоном Скоттом Экклзом. (Chapter 1. The Singular Experience of Mr. John Scott Eccles)
< Prev. Chapter  |  Next Chapter >


Font:
-
T
+

Как значится в моем блокноте, то было холодным ветреным днем в конце марта 1892 года. Когда мы завтракали, Холмсу принесли телеграмму, и он сразу же нацарапал ответ. Мой друг ничего не сказал по этому поводу, но видно было, что полученное известие занимает его мысли -- он с задумчивым лицом стоял у камина, курил трубку и время от времени поглядывал на телеграмму. Внезапно он повернулся ко мне, и в глазах его появился озорной блеск.

I find it recorded in my notebook that it was a bleak and windy day towards the end of March in the year 1892. Holmes had received a telegram while we sat at our lunch, and he had scribbled a reply. He made no remark, but the matter remained in his thoughts, for he stood in front of the fire afterwards with a thoughtful face, smoking his pipe, and casting an occasional glance at the message. Suddenly he turned upon me with a mischievous twinkle in his eyes.

-- Полагаю. Уотсон, вас теперь можно считать литератором,-- сказал он.- Как вы понимаете слово "гротеск"?

"I suppose, Watson, we must look upon you as a man of letters," said he. "How do you define the word 'grotesque'?"

-- Что-то странное, необычное,-- откликнулся я.

"Strange--remarkable," I suggested.

Холмс покачал головой:

He shook his head at my definition.

-- Здесь явно имеется в виду нечто большее. Чувствуется скрытый намек на что-то трагическое и ужасное. Если вы припомните некоторые из историй, которыми вы пугали долготерпеливую публику, то поймете, как часто гротеск перерастает в преступление. Вспомните то небольшое дельце с лигой рыжеволосых. Сначала это был сплошной гротеск, а вылилось все в отчаянную попытку ограбления. Или другой пример: наиболее гротескное из наших дел, случай с пятью зернышками апельсина, подоплекой которого оказался заговор убийц. Так что слово "гротеск" заставляет меня теперь быть настороже.

"There is surely something more than that," said he; "some underlying suggestion of the tragic and the terrible. If you cast your mind back to some of those narratives with which you have afflicted a long-suffering public, you will recognize how often the grotesque has deepened into the criminal. Think of that little affair of the red-headed men. That was grotesque enough in the outset, and yet it ended in a desperate attempt at robbery. Or, again, there was that most grotesque affair of the five orange pips, which led straight to a murderous conspiracy. The word puts me on the alert."

-- А что, в тексте есть это слово? -- спросил я.

"Have you it there?" I asked.

Холмс прочел телеграмму вслух. " Со мной только что произошла невероятная и гротескная история. Можно ли обратиться к вам за советом? Скотт Экклз, почтовое отделение, Черинг-кросс".

He read the telegram aloud.

"Have just had most incredible and grotesque experience. May I consult you?

"Scott Eccles,

"Post Office, Charing Cross."

-- Мужчина это или женщина? -- спросил я.

"Man or woman?" I asked.

-- Ну, разумеется, мужчина. Ни одна женщина не стала бы посылать телеграмму с оплаченным ответом -- она просто пришла бы сама.

"Oh, man, of course. No woman would ever send a reply-paid telegram. She would have come."

-- Вы его примете?

"Will you see him?"

-- Дорогой Уотсон, вы же знаете, как я скучаю с тех пор, как мы упрятали в тюрьму полковника Каразерса. Мой мозг подобен гоночному мотору, который разлетится на куски, если не будет выполнять работу, для которой предназначен. Жизнь стала скучной, в газетах пусто, риск и романтика, похоже, перевелись в уголовном мире. А вы еще спрашиваете, готов ли я заняться новым делом, каким бы тривиальным оно ни грозило оказаться. Но вот, если не ошибаюсь, и наш клиент.

"My dear Watson, you know how bored I have been since we locked up Colonel Carruthers. My mind is like a racing engine, tearing itself to pieces because it is not connected up with the work for which it was built. Life is commonplace, the papers are sterile; audacity and romance seem to have passed forever from the criminal world. Can you ask me, then, whether I am ready to look into any new problem, however trivial it may prove? But here, unless I am mistaken, is our client."

На лестнице послышались размеренные шаги, и через несколько мгновений в комнату, постучавшись, вошел крепкий высокий мужчина с седыми бакенбардами, имевший весьма серьезный и респектабельный вид. Жесткие черты его лица и напыщенные манеры выдавали всю историю его жизни. От самых гетр до очков в золотой оправе это был консерватор, примерный прихожанин, образцовый гражданин, последовательно и скрупулезно соблюдавший все общепринятые установления. Какие-то удивительные события, однако, лишили его обычного самообладания и оставили на нем заметные следы в виде растрепанных волос, пылающих щек, беспокойного взгляда и суматошных жестов. Он сразу же заговорил о своем деле.

A measured step was heard upon the stairs, and a moment later a stout, tall, gray-whiskered and solemnly respectable person was ushered into the room. His life history was written in his heavy features and pompous manner. From his spats to his gold-rimmed spectacles he was a Conservative, a churchman, a good citizen, orthodox and conventional to the last degree. But some amazing experience had disturbed his native composure and left its traces in his bristling hair, his flushed, angry cheeks, and his flurried, excited manner. He plunged instantly into his business.

-- Со мной случилось совершенно необычное и неприятное происшествие, мистер Холмс,-- сказал он.- В жизни не оказывался в подобных ситуациях. Это просто возмутительно и ни на что не похоже. Настоятельно прошу дать мне хоть какие-то разъяснения.

"I have had a most singular and unpleasant experience, Mr. Holmes," said he. "Never in my life have I been placed in such a situation. It is most improper--most outrageous. I must insist upon some explanation." He swelled and puffed in his anger.

Он надулся и пыхтел от гнева.

-- Ради бога, присядьте, мистер Скотт Экклз,-- успокаивающим тоном произнес Холмс.- Прежде всего хочу спросить, почему вы пришли именно ко мне?

"Pray sit down, Mr. Scott Eccles," said Holmes in a soothing voice. "May I ask, in the first place, why you came to me at all?"

-- Понимаете, сэр, это дело, похоже, не из тех, которыми занимается полиция, и все же, когда вы узнаете факты, то поймете, что я не мог оставить все так, как есть. Частные детективы -- люди, к которым я не питаю абсолютно никакой симпатии, но все же, услышав ваше имя...

"Well, sir, it did not appear to be a matter which concerned the police, and yet, when you have heard the facts, you must admit that I could not leave it where it was. Private detectives are a class with whom I have absolutely no sympathy, but none the less, having heard your name--"

-- Понятно. Тогда следующий вопрос: почему вы не пришли сразу?

-- Что вы хотите этим сказать?

"Quite so. But, in the second place, why did you not come at once?"

Холмс взглянул на часы.

Holmes glanced at his watch.

-- Сейчас пятнадцать минут третьего,-- сказал он.-Телеграмму вы отправили в час, но, глядя на ваш наряд и внешний вид, трудно не понять, что ваши неприятности начались еще утром, когда вы проснулись.

"It is a quarter-past two," he said. "Your telegram was dispatched about one. But no one can glance at your toilet and attire without seeing that your disturbance dates from the moment of your waking."

Наш клиент пригладил растрепавшиеся волосы и провел рукой по небритой щеке.

Our client smoothed down his unbrushed hair and felt his unshaven chin.

-- Вы правы, мистер Холмс. Мне и в голову не пришло привести себя в порядок. Я был очень рад, что выбрался из того дома. Потом я, прежде чем ехать к вам, пошел к владельцам дома, и они сказали, что мистер Гарсия всегда регулярно вносил арендную плату, и что в Вистерия-Лодж до сих пор все было в порядке.

"You are right, Mr. Holmes. I never gave a thought to my toilet. I was only too glad to get out of such a house. But I have been running round making inquiries before I came to you. I went to the house agents, you know, and they said that Mr. Garcia's rent was paid up all right and that everything was in order at Wisteria Lodge."

-- Погодите, погодите, сэр,-- смеясь, воскликнул Холмс.- Вы совсем как мой друг доктор Уотсон, у которого есть дурная привычка рассказывать истории, начиная с конца. Пожалуйста, соберитесь с мыслями и расскажите мне в строгой последовательности, что это были за события, которые погнали вас за советом и помощью нечесаным и небритым, с незавязанными шнурками и в неправильно застегнутом жилете.

"Come, come, sir," said Holmes, laughing. "You are like my friend, Dr. Watson, who has a bad habit of telling his stories wrong end foremost. Please arrange your thoughts and let me know, in their due sequence, exactly what those events are which have sent you out unbrushed and unkempt, with dress boots and waistcoat buttoned awry, in search of advice and assistance."

Наш посетитель мрачно оглядел себя:

Our client looked down with a rueful face at his own unconventional appearance.

-- Понимаю, что со стороны это выглядит ужасно, мистер Холмс. За всю мою жизнь не могу припомнить ни одного случая, когда бы я позволил себе нечто подобное. Но уверен: после того, как я расскажу вам все об этом странном деле, что я сейчас и сделаю, вы меня простите.

"I'm sure it must look very bad, Mr. Holmes, and I am not aware that in my whole life such a thing has ever happened before. But I will tell you the whole queer business, and when I have done so you will admit, I am sure, that there has been enough to excuse me."

Однако рассказ его был пресечен в зародыше. В прихожей раздался шум, и миссис Хадсон, открыв дверь, впустила в комнату двоих здоровенных мужчин весьма официального вида. Одного из них мы хорошо знали -- это был инспектор Грегсон из Скотленд-Ярда, энергичный, храбрый и в меру своих способностей толковый профессионал. Он поздоровался за руку с Холмсом и представил нам второго посетителя, инспектора Бэйнса из полицейского управления графства Сюррей.

But his narrative was nipped in the bud. There was a bustle outside, and Mrs. Hudson opened the door to usher in two robust and official-looking individuals, one of whom was well known to us as Inspector Gregson of Scotland Yard, an energetic, gallant, and, within his limitations, a capable officer. He shook hands with Holmes and introduced his comrade as Inspector Baynes, of the Surrey Constabulary.

-- Мы охотимся вместе, мистер Холмс, и след привел нас сюда,-- Грегсон глянул своими бульдожьими глазами на нашего посетителя: -- Вы ведь мистер Джон Скотт Экклз из Попхэм-Хауз в Ли?

"We are hunting together, Mr. Holmes, and our trail lay in this direction." He turned his bulldog eyes upon our visitor. "Are you Mr. John Scott Eccles, of Popham House, Lee?"

-- Да.

"I am."

-- Мы все утро сегодня идем за вами по пятам.

"We have been following you about all the morning."

-- Вы, без сомнения, выследили его по телеграмме,-- вставил Холмс.

"You traced him through the telegram, no doubt," said Holmes.

-- Совершенно верно, мистер Холмс. Мы взяли след на вокзале Черинг-Кросс, на почте, и он вел сюда.

"Exactly, Mr. Holmes. We picked up the scent at Charing Cross Post-Office and came on here."

-- Но почему вы меня разыскиваете? -- спросил наш посетитель.- Что вам нужно?

"But why do you follow me? What do you want?"

-- Нам нужно услышать от вас, мистер Скотт Экклз, о событиях, которые привели прошлой ночью к смерти мистера Алоизиуса Гарсии из Вистерия-Лодж, что неподалеку от Эшера.

"We wish a statement, Mr. Scott Eccles, as to the events which led up to the death last night of Mr. Aloysius Garcia, of Wisteria Lodge, near Esher."

Наш клиент привстал, глаза его широко раскрылись. Краска сбежала с его изумленного лица.

Our client had sat up with staring eyes and every tinge of colour struck from his astonished face.

-- К смерти? Вы хотите сказать, что он умер?

"Dead? Did you say he was dead?"

-- Да, сэр, умер.

"Yes, sir, he is dead."

-- Как это случилось? Несчастный случай?

"But how? An accident?"

-- Убийство. Самое настоящее, чистой воды.

"Murder, if ever there was one upon earth."

-- О господи! Это ужасно. Вы полагаете... Вы хотите сказать, что подозреваете меня ?

"Good God! This is awful! You don't mean--you don't mean that I am suspected?"

-- В кармане убитого обнаружено ваше письмо, из которого мы узнали, что вы намеревались провести прошлую ночь в его доме.

"A letter of yours was found in the dead man's pocket, and we know by it that you had planned to pass last night at his house."

-- Я так и сделал.

"So I did."

-- О, в самом деле? Вы не отрицаете ?

"Oh, you did, did you?"

На свет божий появился бланк официального полицейского протокола.

Out came the official notebook.

-- Подождите минутку, Грегсон,-- сказал Шерлок Холмс.- Все, что вам нужно, это снять показания, так ведь?

"Wait a bit, Gregson," said Sherlock Holmes. "All you desire is a plain statement, is it not?"

-- Да, и я должен предупредить мистера Скотта Экклза, что все, что он скажет, может быть использовано против него.

"And it is my duty to warn Mr. Scott Eccles that it may be used against him."

-- Мистер Экклз как раз и собирался рассказать нам об этом деле, когда вы вошли. По-моему, Уотсон, бренди с содовой ему не повредит. Теперь, сэр, советую не обращать внимания на то, что ваша аудитория увеличилась, и изложить нам как вы бы сделали это, если бы вас не прервали.

"Mr. Eccles was going to tell us about it when you entered the room. I think, Watson, a brandy and soda would do him no harm. Now, sir, I suggest that you take no notice of this addition to your audience, and that you proceed with your narrative exactly as you would have done had you never been interrupted."

Наш посетитель залпом выпил бренди, и лицо его снова порозовело. Подозрительно взглянув на полицейский протокол, он приступил к своему необычному повествованию .

Our visitor had gulped off the brandy and the colour had returned to his face. With a dubious glance at the inspector's notebook, he plunged at once into his extraordinary statement.

-- Я холостяк.- сказал он.- Человек я общительный, у меня много друзей. Среди них -- семья удалившегося от дел пивовара по фамилии Мелвилл, живущая в имении Элбемерл-Мэншн в Кенсинггоне. За его столом я несколько недель назад свел знакомство с молодым человеком, которого звали Гарсия. Как я понял, он был испанцем и имел какое-то отношение к нспанскому посольству. Он прекрасно говорил по-английски и отличался хорошими манерами; это был, наверное, самый красивый мужчина из всех, кого я встречал.

"I am a bachelor," said he, "and being of a sociable turn I cultivate a large number of friends. Among these are the family of a retired brewer called Melville, living at Abermarle Mansion, Kensington. It was at his table that I met some weeks ago a young fellow named Garcia. He was, I understood, of Spanish descent and connected in some way with the embassy. He spoke perfect English, was pleasing in his manners, and as good-looking a man as ever I saw in my life.

Каким-то образом у нас с этим молодым человеком завязалась самая настоящая дружба. Он, казалось, с самого начала проникся ко мне расположением, и не прошло и двух дней с момента нашего знакомства, как он навестил меня в моем доме . Слово за слово -- и кончилось тем, что он пригласил меня погостить несколько дней у него в Вистерия-Лодж; это между Эшером и Окшоттом. Вчера вечером я, выполняя свое обещание, отправился в Эшер.

"In some way we struck up quite a friendship, this young fellow and I. He seemed to take a fancy to me from the first, and within two days of our meeting he came to see me at Lee. One thing led to another, and it ended in his inviting me out to spend a few days at his house, Wisteria Lodge, between Esher and Oxshott. Yesterday evening I went to Esher to fulfil this engagement.

Гарсия описывал мне свой дом. Он жил там с преданным слугой, соотечественником, который помогал ему во всем .Этот парень говорил по-английски и вел в доме все хозяйство. Еще Гарсия говорил,что у него прекрасный повар, полукровка,которого он подобрал во время своих странствий и который замечательно готовит. Помню, Гарсия заметил, что он не ожидал найти такой странный дом в самом сердце Сюррея, и я согласился, хотя потом оказалось, что он намного более странный, чем я думал.

"He had described his household to me before I went there. He lived with a faithful servant, a countryman of his own, who looked after all his needs. This fellow could speak English and did his housekeeping for him. Then there was a wonderful cook, he said, a half-breed whom he had picked up in his travels, who could serve an excellent dinner. I remember that he remarked what a queer household it was to find in the heart of Surrey, and that I agreed with him, though it has proved a good deal queerer than I thought.

Я прибыл на место -- это в двух милях к югу от Эшера. Дом интересен по архитектуре, стоит довольно далеко от дороги, к нему ведет извилистая подъездная аллея, обсаженная с двух сторон вечнозеленым кустарником. Это старинное ветхое здание, явно нуждающееся в ремонте. Когда мои вещи выгрузили на заросшую травой дорожку перед заляпанной выцветшей дверью, я засомневался, разумно ли поступил, отправившись к человеку, которого почти не знаю. Однако он сам открыл мне дверь и весьма сердечно меня приветствовал. Меня поручили заботам слуги, меланхоличного смуглого мужчины, который взял мой саквояж и проводил меня в отведенную мне спальню. Дом был какой-то мрачный. Ужинали мы наедине, и хотя хозяин изо всех сил старался меня развлечь, мысли его, казалось, все время блуждали где-то далеко, да и говорил он так бурно и невразумительно, что я с трудом его понимал. Он не переставая барабанил пальцами по столу, грыз ногти и выказывал другие признаки нервного возбуждения. Сам обед не был ни хорошо сервирован, ни хорошо приготовлен, а присутствие мрачного безмолвного слуги никак не способствовало оживлению обстановки. Могу заверить вас, что много раз в течение этого вечера меня посещала мысль, что надо изобрести какой-нибудь благовидный предлог и вернуться домой в Ли.

"I drove to the place--about two miles on the south side of Esher. The house was a fair-sized one, standing back from the road, with a curving drive which was banked with high evergreen shrubs. It was an old, tumbledown building in a crazy state of disrepair. When the trap pulled up on the grass-grown drive in front of the blotched and weather-stained door, I had doubts as to my wisdom in visiting a man whom I knew so slightly. He opened the door himself, however, and greeted me with a great show of cordiality. I was handed over to the manservant, a melancholy, swarthy individual, who led the way, my bag in his hand, to my bedroom. The whole place was depressing. Our dinner was tete-a-tete, and though my host did his best to be entertaining, his thoughts seemed to continually wander, and he talked so vaguely and wildly that I could hardly understand him. He continually drummed his fingers on the table, gnawed his nails, and gave other signs of nervous impatience. The dinner itself was neither well served nor well cooked, and the gloomy presence of the taciturn servant did not help to enliven us. I can assure you that many times in the course of the evening I wished that I could invent some excuse which would take me back to Lee.

Мне вспоминается одна деталь, которая может иметь отношение к тому делу, которое вы, господа полицейские, расследуете. Тогда я не придал этому значения. Когда обед подошел к концу, слуга подал хозяину записку. Я заметил, что после этого тот стал еще более мрачен и дик, чем раньше. Он оставил попытки поддерживать разговор и сидел теперь, без передышки куря сигареты и погрузившись в собственные мысли, ни словом не обмолвился, о чем думает. Около одиннадцати я с радостью отправился спать. Через какое-то время Гарсия заглянул ко мне в комнату -- я к тому времени уже погасил свет -- и спросил, не звонил ли я. Я ответил, что нет. Он извинился, что побеспокоил меня в столь поздний час -- было, как он сказал, около часа ночи. После этого я крепко заснул до утра.

"One thing comes back to my memory which may have a bearing upon the business that you two gentlemen are investigating. I thought nothing of it at the time. Near the end of dinner a note was handed in by the servant. I noticed that after my host had read it he seemed even more distrait and strange than before. He gave up all pretence at conversation and sat, smoking endless cigarettes, lost in his own thoughts, but he made no remark as to the contents. About eleven I was glad to go to bed. Some time later Garcia looked in at my door--the room was dark at the time--and asked me if I had rung. I said that I had not. He apologized for having disturbed me so late, saying that it was nearly one o'clock. I dropped off after this and slept soundly all night.

Теперь подхожу к самой любопытной части моей истории. Когда я проснулся, было уже совсем светло. Взглянув на часы, я увидел, что уже около девяти утра. Я особо оговорил накануне, чтобы меня разбудили в восемь, и был очень удивлен такой забывчивостью. Вскочив, я позвонил слуге. Никакого отклика. Я снова и снова дергал шнур звонка. Результат был все тот же. Тогда я решил, что звонок сломан. Кое-как одевшись, я в отвратительном настроении поспешил вниз, чтобы попросить теплой воды для умывания. Представьте себе мое изумление, когда я обнаружил, что там никого нет. Я вышел в коридор и громко крикнул. Никто не отозвался. Тогда я обошел все комнаты. Нигде не было ни души. Вечером хозяин показывал мне, где его спальня. Я постучал в дверь. Ответа не было. Я повернул ручку и вошел. Комната была пуста, кровать -- застелена. Гарсия исчез вместе с остальными. Все три иностранца -- хозяин, лакей и повар -- исчезли! Так окончился мой визит в Вистерия-Лодж.

"And now I come to the amazing part of my tale. When I woke it was broad daylight. I glanced at my watch, and the time was nearly nine. I had particularly asked to be called at eight, so I was very much astonished at this forgetfulness. I sprang up and rang for the servant. There was no response. I rang again and again, with the same result. Then I came to the conclusion that the bell was out of order. I huddled on my clothes and hurried downstairs in an exceedingly bad temper to order some hot water. You can imagine my surprise when I found that there was no one there. I shouted in the hall. There was no answer. Then I ran from room to room. All were deserted. My host had shown me which was his bedroom the night before, so I knocked at the door. No reply. I turned the handle and walked in. The room was empty, and the bed had never been slept in. He had gone with the rest. The foreign host, the foreign footman, the foreign cook, all had vanished in the night! That was the end of my visit to Wisteria Lodge."

Холмс усмехнулся и потер руки, мысленно добавив этот странный инцидент к своей коллекции необычайных происшествий.

Sherlock Holmes was rubbing his hands and chuckling as he added this bizarre incident to his collection of strange episodes.

-- Ваша история, насколько я понимаю совершенно уникальна,-- сказал он нашему посетителю.- Можно спросить вас, сэр, что вы делали дальше?

"Your experience is, so far as I know, perfectly unique," said he. "May I ask, sir, what you did then?"

-- Я был разъярен. Сначала мне пришло в голову, что я стал жертвой какого-то странного и нелепого розыгрыша. Я сложил вещи, захлопнул за собой входную дверь и с саквояжем в руках отправился в Эшер. Явившись в контору братьев Аллен, управляющих земельной собственностью в тех местах, я узнал там, что дом, который я только что покинул, сдан в аренду. Мне пришло в голову, что вряд ли его сняли ради того, чтобы меня разыграть, и что суть дела, скорее всего, в том, что хозяин скрылся, чтобы не платить за аренду. Март на исходе -- как раз конец квартала. Однако оказалось, что это не так. Агент поблагодарил меня за предупреждение, но сказал, что арендная плата уже внесена авансом. Тогда я отправился в Лондон и посетил испанское посольство. Этого человека там не знали. Потом я зашел к Мелвиллу, в чьем доме впервые повстречал Гарсию, но выяснилось, что тот знал его едва ли не хуже, чем я сам. Наконец, получив от вас ответ на свою телеграмму, я пришел к вам, поскольку слышал, что вы -- человек, способный дать хороший совет в трудной ситуации. Однако из того, что вы здесь сказали, инспектор, я понял, что вы можете продолжить мой рассказ, и что произошла какая-то трагедия. Могу заверить вас, что каждое сказанное мною слово -- чистая правда и что кроме того, что я сейчас рассказал, мне больше не известно ничего о судьбе этого человека. Мое единственное желание -- помогать закону, чем только возможно.

"I was furious. My first idea was that I had been the victim of some absurd practical joke. I packed my things, banged the hall door behind me, and set off for Esher, with my bag in my hand. I called at Allan Brothers', the chief land agents in the village, and found that it was from this firm that the villa had been rented. It struck me that the whole proceeding could hardly be for the purpose of making a fool of me, and that the main object must be to get out of the rent. It is late in March, so quarter-day is at hand. But this theory would not work. The agent was obliged to me for my warning, but told me that the rent had been paid in advance. Then I made my way to town and called at the Spanish embassy. The man was unknown there. After this I went to see Melville, at whose house I had first met Garcia, but I found that he really knew rather less about him than I did. Finally when I got your reply to my wire I came out to you, since I gather that you are a person who gives advice in difficult cases. But now, Mr. Inspector, I understand, from what you said when you entered the room, that you can carry the story on, and that some tragedy had occurred. I can assure you that every word I have said is the truth, and that, outside of what I have told you, I know absolutely nothing about the fate of this man. My only desire is to help the law in every possible way."

-- У меня нет сомнений в этом мистер Скотт Экклз,-- ответил инспектор Грегсон весьма дружелюбным тоном.- Совершенно никаких сомнений. Должен сказать, что все в вашем рассказе соответствует фактам, которыми располагаем мы. Например, записка, которую принесли во время обеда. Вам удалось заметить, куда она делась?

"I am sure of it, Mr. Scott Eccles--I am sure of it," said Inspector Gregson in a very amiable tone. "I am bound to say that everything which you have said agrees very closely with the facts as they have come to our notice. For example, there was that note which arrived during dinner. Did you chance to observe what became of it?"

-- Удалось. Гарсия скомкал ее и швырнул в камин.

"Yes, I did. Garcia rolled it up and threw it into the fire."

-- Что вы на это скажете, мистер Бэйнс? Сельский детектив был полным коренастым рыжеволосым мужчиной, чье лицо не выглядело грубым только из-за необычайно светлых глаз, почти скрытых бровями и массивными складками щек. Лениво улыбнувшись, он вынул из кармана мятую выцветшую бумажку

"What do you say to that, Mr. Baynes?"

The country detective was a stout, puffy, red man, whose face was only redeemed from grossness by two extraordinarily bright eyes, almost hidden behind the heavy creases of cheek and brow. With a slow smile he drew a folded and discoloured scrap of paper from his pocket.

-- Там была каминная решетка, мистер Холмс. Он не добросил бумажку до огня, и я вытащил ее невредимой из-под решетки

"It was a dog-grate, Mr. Holmes, and he overpitched it. I picked this out unburned from the back of it."

Холмс одобрительно улыбнулся:

Holmes smiled his appreciation.

-- Вы, должно быть, весьма тщательно осматривали дом, если нашли такой крохотный клочок бумаги.

"You must have examined the house very carefully to find a single pellet of paper."

-- Да, мистер Холмс. Таков мой метод. Прочесть записку, мистер Грегсон?

"I did, Mr. Holmes. It's my way. Shall I read it, Mr. Gregson?"

Лондонский инспектор кивнул.

The Londoner nodded.

-- Она написана на обычной бумаге кремового цвета без водяных знаков размером в четверть листа. Отрезана двумя надрезами маленьких ножниц. Записка была сложена в три приема и запечатана фиолетовым воском, причем печать приложили второпях, а затем прошлись по сгибам бумаги каким-то гладким предметом овальной формы. Адресована она мистеру Гарсия из Вистерия-Лодж. Текст таков:

"The note is written upon ordinary cream-laid paper without watermark. It is a quarter-sheet. The paper is cut off in two snips with a short-bladed scissors. It has been folded over three times and sealed with purple wax, put on hurriedly and pressed down with some flat oval object. It is addressed to Mr. Garcia, Wisteria Lodge. It says:

"Наши обычные цвета, зеленый и белый. Зеленый -- открыто, белый -- заперто. Второй этаж, первый коридор, седьмая дверь справа, зеленая занавеска. Бог в помощь. Д."

"Our own colours, green and white. Green open, white shut. Main stair, first corridor, seventh right, green baize. Godspeed. D.

Почерк женский, написано ручкой с тонким пером, однако адрес написан либо другой ручкой, либо вообще другим человеком. Буквы более жирные, да и нажимали на перо, как видите, сильнее.

"It is a woman's writing, done with a sharp-pointed pen, but the address is either done with another pen or by someone else. It is thicker and bolder, as you see."

-- Весьма интересная записка,-- сказал, проглядев ее, Холмс.- Должен сделать вам комплимент, мистер Бэйнс, за то, что, изучая ее, вы уделили столько внимания деталям. Могу добавить лишь несколько мелких штрихов. Гладкий овальный предмет -- это, без сомнения, запонка -- что еще может иметь такую форму? Ножницы, которыми отрезали бумажку,-- кривые маникюрные ножницы. Кроме того, что надрезы короткие, ясно видно, что они слегка кривые.

"A very remarkable note," said Holmes, glancing it over. "I must compliment you, Mr. Baynes, upon your attention to detail in your examination of it. A few trifling points might perhaps be added. The oval seal is undoubtedly a plain sleeve-link--what else is of such a shape? The scissors were bent nail scissors. Short as the two snips are, you can distinctly see the same slight curve in each."

Сельский инспектор усмехнулся.

The country detective chuckled.

-- Я-то уж решил, что выжал из записки все, что можно, но вижу, что можно было и больше,-- ответил он.- Должен заметить, я мало что понял из текста записки, кроме того, что затевалось какое-то дельце и, как всегда, замешана была женщина.

"I thought I had squeezed all the juice out of it, but I see there was a little over," he said. "I'm bound to say that I make nothing of the note except that there was something on hand, and that a woman, as usual was at the bottom of it."

Мистер Скотт Экклз во время этого диалога нетерпеливо ерзал на стуле.

Mr. Scott Eccles had fidgeted in his seat during this conversation.

-- Очень рад, что вы нашли записку, поскольку это подтверждает мой рассказ,-- сказал он.- Однако, прошу заметить, я так и не услышал, что сталось с мистером Гарсия и с его слугами.

"I am glad you found the note, since it corroborates my story," said he. "But I beg to point out that I have not yet heard what has happened to Mr. Garcia, nor what has become of his household."

-- Что касается Гарсия,-- отозвался Грегсон,-дать ответ легко. Сегодня утром он был найден мертвым на Окшоттском пустыре, примерно в миле от своего дома. Голова его совершенно расплющена при помощи какого-то тяжелого предмета, например, мешка с песком или чего-то еще в том же роде, чем нельзя нанести глубокую рану, но можно разбить череп. Сперва его, очевидно, оглушили сзади, но нападавший продолжал бить его еще долго после того, как он умер. Это был какой-то приступ бешенства. Преступник не оставил никаких следов и вообще ничего, что могло бы служить уликой.

"As to Garcia," said Gregson, "that is easily answered. He was found dead this morning upon Oxshott Common, nearly a mile from his home. His head had been smashed to pulp by heavy blows of a sandbag or some such instrument, which had crushed rather than wounded. It is a lonely corner, and there is no house within a quarter of a mile of the spot. He had apparently been struck down first from behind, but his assailant had gone on beating him long after he was dead. It was a most furious assault. There are no footsteps nor any clue to the criminals."

-- Жертву не ограбили?

"Robbed?"

-- Нет, даже не пытались.

"No, there was no attempt at robbery."

-- Все это очень плохо, просто ужасно, -недовольным тоном произнес мистер Скотт Экклз,-- но, по-моему, вы неоправданно сурово поступаете со мной. Я ведь не виноват, что моему гостеприимному хозяину вздумалось предпринять ночную прогулку, во время которой его и постиг этот весьма печальный конец. Почему же вы решили, что в это дело замешан я?

"This is very painful--very painful and terrible," said Mr. Scott Eccles in a querulous voice, "but it is really uncommonly hard on me. I had nothing to do with my host going off upon a nocturnal excursion and meeting so sad an end. How do I come to be mixed up with the case?"

-- Очень просто, сэр,-- ответил инспектор Бэйнс.- Единственным документом, обнаруженным в карманах убитого, было письмо, в котором говорится, что вы собираетесь провести с ним тот самый вечер, когда он был убит. Именно по конверту от этого письма мы и установили имя и адрес убитого. Мы добрались до его дома в десятом часу и не нашли там ни вас, ни кого-либо еще. Я телеграфировал мистеру Грегсону, чтобы он разыскал вас в Лондоне, пока я осматриваю виллу Вистерия-Лодж. 3атем я сам приехал в город, присоединился к мистеру Грегсону -- и вот мы здесь.

"Very simply, sir," Inspector Baynes answered. "The only document found in the pocket of the deceased was a letter from you saying that you would be with him on the night of his death. It was the envelope of this letter which gave us the dead man's name and address. It was after nine this morning when we reached his house and found neither you nor anyone else inside it. I wired to Mr. Gregson to run you down in London while I examined Wisteria Lodge. Then I came into town, joined Mr. Gregson, and here we are."

-- По-моему, нам лучше всего вернуть это дело в официальное русло -- вставая, сказал Грегсон. -- Вам надо пройти с нами Скотленд-Ярд, мистер Скотт Экклз, чтобы мы могли получить ваши показания в письменном виде.

"I think now," said Gregson, rising, "we had best put this matter into an official shape. You will come round with us to the station, Mr. Scott Eccles, and let us have your statement in writing."

-- Разумеется, я немедленно отправлюсь туда с вами. Считаю себя вашим клиентом, мистер Холмс. Очень прошу вас не жалеть денег и трудов, чтобы добраться до истины.

"Certainly, I will come at once. But I retain your services, Mr. Holmes. I desire you to spare no expense and no pains to get at the truth."

Мой друг повернулся к сельскому инспектору.

My friend turned to the country inspector.

-- Надеюсь, вы не будете возражать против нашего с вами сотрудничества?

"I suppose that you have no objection to my collaborating with you, Mr. Baynes?"

--- Почту за честь, сэр.

"Highly honoured, sir, I am sure."

-- Вы выказали немалую расторопность и деловитость во всех своих действиях.Могу я узнать, есть ли какие-то данные о том , в котором часу был убит этот человек?

"You appear to have been very prompt and businesslike in all that you have done. Was there any clue, may I ask, as to the exact hour that the man met his death?"

-- Труп лежал там с часу ночи. В это время начался дождь, а умер он, без сомнения, до этого.

"He had been there since one o'clock. There was rain about that time, and his death had certainly been before the rain."

-- Но ведь это совершенно невозможно, мистер Бэйнс,-- воскликнул наш клиент.- Голос Гарсии ни с чем не спутаешь. Готов поклясться, что именно он заходил ко мне в спальню и говорил со мной в это самое время.

"But that is perfectly impossible, Mr. Baynes," cried our client. "His voice is unmistakable. I could swear to it that it was he who addressed me in my bedroom at that very hour."

-- Факт очень интересный, но, без сомнения, невероятный,-- с улыбкой сказал Холмс.

"Remarkable, but by no means impossible," said Holmes, smiling.

-- У вас есть какая-нибудь гипотеза? -- спросил Грегсон.

"You have a clue?" asked Gregson.

-- Дело не кажется мне очень уж сложным, хотя в нем, конечно, есть некоторые необычные и интересные детали. Необходимо выяснить еще немало фактов, прежде чем я возьму на себя смелость высказать свое определенное и окончательное мнение. Кстати, мистер Бэйнс, нашли вы в доме еще что-нибудь примечательное?

"On the face of it the case is not a very complex one, though it certainly presents some novel and interesting features. A further knowledge of facts is necessary before I would venture to give a final and definite opinion. By the way, Mr. Baynes, did you find anything remarkable besides this note in your examination of the house?"

Инспектор бросил на моего друга какой-то странный взгляд.

The detective looked at my friend in a singular way.

-- Нашли,-- ответил он.- Там была парочка очень любопытных предметов. Может быть, когда я закончу свои дела здесь, вы возьмете на себя труд выбраться к нам и сообщить мне свое мнение о них?

"There were," said he, "one or two _very_ remarkable things. Perhaps when I have finished at the police-station you would care to come out and give me your opinion of them."

-- Я всецело в вашем распоряжении,-- сказал Холмс и дернул шнур звонка.- Проводите джентльменов, миссис Хадсон, и будьте добры, пошлите мальчика отправить эту телеграмму. Пусть оплатит ответ.

"I am entirely at your service," said Sherlock Holmes, ringing the bell. "You will show these gentlemen out, Mrs. Hudson, and kindly send the boy with this telegram. He is to pay a five-shilling reply."

После ухода посетителей мы некоторое время сидели молча. Холмс сосредоточенно курил, насупив брови так, что они нависли над его проницательными глазами, затем характерным для него жестом энергично мотнул головой, наклонив ее вперед.

We sat for some time in silence after our visitors had left. Holmes smoked hard, with his browns drawn down over his keen eyes, and his head thrust forward in the eager way characteristic of the man.

-- Ну что, Уотсон,-- спросил он, неожиданно повернувшись ко мне,-- что вы об этом думаете?

"Well, Watson," he asked, turning suddenly upon me, "what do you make of it?"

-- Об этой мистификации мистера Скотта Экклза -- ничего.

"I can make nothing of this mystification of Scott Eccles."

-- А об убийстве?

"But the crime?"

-- Ну, если рассматривать его в связи с исчезновением слуг убитого, то похоже, что они были каким-то образом причастны к убийству и сбежали от правосудия.

"Well, taken with the disappearance of the man's companions, I should say that they were in some way concerned in the murder and had fled from justice."

-- Это, конечно, возможная точка зрения. Но если следовать ей, то очень странно, согласитесь, что двое слуг, будучи в заговоре против хозяина, нападают на него в ту самую ночь, когда у него гость, тогда как им никто не мешает сделать это в любую другую ночь на этой неделе.

"That is certainly a possible point of view. On the face of it you must admit, however, that it is very strange that his two servants should have been in a conspiracy against him and should have attacked him on the one night when he had a guest. They had him alone at their mercy every other night in the week."

-- Тогда зачем они убежали?

"Then why did they fly?"

-- Вот именно, зачем они убежали? Это важнейший факт. Другой важный факт -- странное происшествие с нашим клиентом, Скоттом Экклзом. Итак, дорогой Уотсон, способен ли человеческий разум предложить гипотезу, объяснявшую бы оба эти важнейших факта? Если найдется такая, которая объяснит к тому же существование этой таинственной записки с ее весьма странной фразеологией,-- что ж, в таком случае примем ее, так и быть, в качестве временной гипотезы. Если же новые факты, которые мы добудем в ходе расследования, будут укладываться в общую схему, то наша гипотеза может постепенно превратиться в разгадку тайны.

"Quite so. Why did they fly? There is a big fact. Another big fact is the remarkable experience of our client, Scott Eccles. Now, my dear Watson, is it beyond the limits of human ingenuity to furnish an explanation which would cover both of these big facts? If it were one which would also admit of the mysterious note with its very curious phraseology, why, then it would be worth accepting as a temporary hypothesis. If the fresh facts which come to our knowledge all fit themselves into the scheme, then our hypothesis may gradually become a solution."

-- А у нас есть гипотеза?

"But what is our hypothesis?"

Холмс откинулся назад в своем кресле. полузакрыв глаза.

Holmes leaned back in his chair with half-closed eyes.

-- Вы должны признать, дорогой Уотсон, что никакого розыгрыша там быть не могло. Как показали последствия, затевалось страшное дело, и приглашение Скотта Экклза в Вистерия-Лодж имеет к этому некоторое отношение.

"You must admit, my dear Watson, that the idea of a joke is impossible. There were grave events afoot, as the sequel showed, and the coaxing of Scott Eccles to Wisteria Lodge had some connection with them."

-- Но какое?

"But what possible connection?"

-- Давайте проанализируем события по порядку. Какой-то неестественной, если присмотреться, выглядит эта странная дружба между молодым испанцем и Скоттом Экклзом. Именно первый из них форсировал события. Он навестил Экклза в предместье на другом конце Лондона чуть ли не на следующий день после того, как познакомился с ним, и завязал такие близкие дружеские отношения, что залучил его к себе в Эшер. Итак, чего же он хотел от Экклза? Зачем тот был ему нужен? Лично я не считаю его человеком обаятельным. Он не особенно умен и в общем-то не пара быстрому разумом латинянину. Почему тогда именно он был выбран из всех окружавших Гарсию людей как наиболее подходящий для какой-то определенной цели? Есть ли у него хоть какое-то незаурядное качество? На мой взгляд, есть. Он является воплощением британской респектабельности; это тот самый человек, чьи свидетельские показания смогут убедить другого британца. Вы, наверное, заметили, что оба инспектора ни на минуту не усомнились в его показаниях, хотя те были довольно необычны.

"Let us take it link by link. There is, on the face of it, something unnatural about this strange and sudden friendship between the young Spaniard and Scott Eccles. It was the former who forced the pace. He called upon Eccles at the other end of London on the very day after he first met him, and he kept in close touch with him until he got him down to Esher. Now, what did he want with Eccles? What could Eccles supply? I see no charm in the man. He is not particularly intelligent--not a man likely to be congenial to a quick-witted Latin. Why, then, was he picked out from all the other people whom Garcia met as particularly suited to his purpose? Has he any one outstanding quality? I say that he has. He is the very type of conventional British respectability, and the very man as a witness to impress another Briton. You saw yourself how neither of the inspectors dreamed of questioning his statement, extraordinary as it was."

-- Но что он должен был засвидетельствовать?

"But what was he to witness?"

-- В данном случае -- ничего, но если бы дела обернулись по-другому, то очень многое. Так я понимаю этот случай.

"Nothing, as things turned out, but everything had they gone another way. That is how I read the matter."

-- Наверное, он должен был подтвердить его алиби?

"I see, he might have proved an alibi."

-- Конечно, дорогой Уотсон, он должен был именно засвидетельствовать его алиби. Предположим, что все обитатели Вистерия-Лодж -- соучастники в некоем заговоре. Дело, каково бы оно ни было, должно было быть сделано до часа ночи. Немного передвинув стрелки часов, они могли отправить спать мистера Экклза раньше, чем он думал, но в любом случае очевидно, что когда Гарсия зашел к нему и сказал, что уже час ночи, на самом деле было около двенадцати. Если Гарсия собирался сделать то, что он хотел, и вернуться к часу ночи, ему нужно было хорошее алиби, оградившее бы его от любых обвинений. Вот он и использовал этого безупречного британца, готового присягнуть в любом суде, что обвиняемый до упомянутого часа не выходил из дома. Так он пытался обезопасить себя на крайний случай.

"Exactly, my dear Watson; he might have proved an alibi. We will suppose, for argument's sake, that the household of Wisteria Lodge are confederates in some design. The attempt, whatever it may be, is to come off, we will say, before one o'clock. By some juggling of the clocks it is quite possible that they may have got Scott Eccles to bed earlier than he thought, but in any case it is likely that when Garcia went out of his way to tell him that it was one it was really not more than twelve. If Garcia could do whatever he had to do and be back by the hour mentioned he had evidently a powerful reply to any accusation. Here was this irreproachable Englishman ready to swear in any court of law that the accused was in the house all the time. It was an insurance against the worst."

-- Да-да, понятно. Но почему исчезли другие?

"Yes, yes, I see that. But how about the disappearance of the others?"

-- У меня пока нет всех необходимых фактов, хотя думаю, что объяснить это будет не так уж трудно. Высказывать догадки не имея данных,-неправомочно.

"I have not all my facts yet, but I do not think there are any insuperable difficulties. Still, it is an error to argue in front of your data. You find yourself insensibly twisting them round to fit your theories."

-- А записка?

"And the message?"

-- Какой там текст? "Наши обычные цвета -- зеленый и белый". Что-то напоминающее о скачках. "Зеленый -- открыто, белый -- заперто". Это, без сомнения, сигнал. "Второй этаж, первый коридор, седьмая дверь справа, зеленая занавеска". Очевидно, условливаются о встрече. За всем этим может стоять ревнивый муж. Во всяком случае, предприятие явно было рискованным, иначе она не написала бы "Бог в помощь". "Д" -- без сомнения, ее имя.

"How did it run? 'Our own colours, green and white.' Sounds like racing. 'Green open, white shut.' That is clearly a signal. 'Main stair, first corridor, seventh right, green baize.' This is an assignation. We may find a jealous husband at the bottom of it all. It was clearly a dangerous quest. She would not have said 'Godspeed' had it not been so. 'D'--that should be a guide."

-- Этот человек -- испанец. Думаю, что "Д" означает Долорес, очень распространенное в Испании имя.

"The man was a Spaniard. I suggest that 'D' stands for Dolores, a common female name in Spain."

-- Хорошо, Уотсон, очень хорошо, но в данном случае не годится. Испанка писала бы испанцу по-испански. Та же, кто написала эту записку, несомненно, англичанка. Что ж, нам остается набраться терпения и ждать, пока этот блистательный инспектор заедет за нами. Пока же можем возблагодарить судьбу, которая избавила нас на несколько часов от невыносимо томительных мук безделья.

"Good, Watson, very good--but quite inadmissable. A Spaniard would write to a Spaniard in Spanish. The writer of this note is certainly English. Well, we can only possess our soul in patience until this excellent inspector come back for us. Meanwhile we can thank our lucky fate which has rescued us for a few short hours from the insufferable fatigues of idleness."

Еще до возвращения сельского инспектора пришла телеграмма -- ответ на ту, которую послал Холмс. Он прочел ее и собирался было вложить в свою записную книжку, но поймал мой вопрошающий взгляд. Засмеявшись, он бросил мне ее через стол.

An answer had arrived to Holmes's telegram before our Surrey officer had returned. Holmes read it and was about to place it in his notebook when he caught a glimpse of my expectant face. He tossed it across with a laugh.

-- Мы, кажется, будем вращаться в высших сферах,-- прокомментировал он.

"We are moving in exalted circles," said he.

Телеграмма представляла собой список имен и адресов:

The telegram was a list of names and addresses:

"Лорд Хэррингби, имение "Глубокая лощина"; сэр Джордж Фоллиот, "Окшоттские башни"; мистер Хайнес Хайнес, мировой судья, "Пурди-Плэйс"; мистер Джеймс Бейкер Уильямс, "Фортон-Олд-Холл"; мистер Хендерсон, "Высокие своды"; преподобный Джошуа Стоун, "Нижний Уолслинг".

Lord Harringby, The Dingle; Sir George Ffolliott, Oxshott Towers; Mr. Hynes Hynes, J.P., Purdley Place; Mr. James Baker Williams, Forton Old Hall; Mr. Henderson, High Gable; Rev. Joshua Stone, Nether Walsling.

-- Самый обычный способ сузить поле деятельности,-- сказал Холмс.- Несомненно, Бэйнс с его методичным умом уже разработал похожий план.

"This is a very obvious way of limiting our field of operations," said Holmes. "No doubt Baynes, with his methodical mind, has already adopted some similar plan."

-- Я все-таки не понимаю...

"I don't quite understand."

-- Вспомните, дружище, мы ведь уже пришли к выводу, что в записке, полученной Гарсией, назначено свидание или тайная встреча. Если самое простое толкование текста и есть самое правильное, то для того, чтобы попасть на это свидание, ему надо было подняться на второй этаж и разыскать в коридоре седьмую по счету дверь. Все это совершенно определенно указывает на то, что дом этот очень велик. Ясно также, что он не может быть более чем в одной-двух милях от Окшотта, поскольку Гарсия шел именно в том направлении и надеялся, если я правильно толкую факты, успеть все сделать и вернуться назад в Вистерия-Лодж в такое время, чтобы не сорвалось его алиби, действительное до часа ночи. Поскольку больших зданий поблизости от Окшотта, очевидно, не так уж много, я применил обычный свой метод и, написав земельным агентам, которых назвал Скотт Экклз, попросил их прислать мне список таких зданий. Он-то и содержится в этой телеграмме, так что среди этих данных может оказаться другой конец нити, образовавшей весь этот запутанный клубок.

"Well, my dear fellow, we have already arrived at the conclusion that the message received by Garcia at dinner was an appointment or an assignation. Now, if the obvious reading of it is correct, and in order to keep the tryst one has to ascend a main stair and seek the seventh door in a corridor, it is perfectly clear that the house is a very large one. It is equally certain that this house cannot be more than a mile or two from Oxshott, since Garcia was walking in that direction and hoped, according to my reading of the facts, to be back in Wisteria Lodge in time to avail himself of an alibi, which would only be valid up to one o'clock. As the number of large houses close to Oxshott must be limited, I adopted the obvious method of sending to the agents mentioned by Scott Eccles and obtaining a list of them. Here they are in this telegram, and the other end of our tangled skein must lie among them."

Было уже почти шесть часов, когда мы в сопровождении инспектора Бэйнса попали в Эшер, чудесную деревушку в графстве Сюррей.

It was nearly six o'clock before we found ourselves in the pretty Surrey village of Esher, with Inspector Baynes as our companion.

Мы с Холмсом взяли с собой все необходимое для ночлега и сняли уютную комнату в деревенской гостинице под названием "Бык". Наконец, мы были готовы составить компанию инспектору и нанести визит в Вистерия-Лодж. Был холодный, сумрачный мартовский вечер, дул пронизывающий ветер, мелкий дождь хлестал в лицо; в общем, обстановка вполне соответствовала дикой местности по обеим сторонам дороги и трагедии, произошедшей там, куда мы шли.

Holmes and I had taken things for the night, and found comfortable quarters at the Bull. Finally we set out in the company of the detective on our visit to Wisteria Lodge. It was a cold, dark March evening, with a sharp wind and a fine rain beating upon our faces, a fit setting for the wild common over which our road passed and the tragic goal to which it led us.

 
< Prev. Chapter  |  Next Chapter >