< Prev. Chapter  |  Next Chapter >
Font: 

Весь следующий день Дориан не выходил из дому и большую часть времени провел у себя в комнате, изнемогая от дикого страха; смерти, хотя к жизни он был уже равнодушен. Сознание, что за ним охотятся, что его подстерегают, готовят ему западню, угнетало его, не давало покоя. Стоило ветерку шевельнуть портьеру, как Дориан уже вздрагивал. Сухие листья, которые ветер швырял в стекла, напоминали ему о неосуществленных намерениях и будили страстные сожаления. Как только он закрывал глаза, перед ним вставало лицо моряка, следившего за ним сквозь запотевшее стекло, и снова ужас тяжелой рукой сжимал сердце.

No dia seguinte não saiu de casa. A verdade é que passou a maior parte do tempo no quarto, angustiado por um desmedido pavor da morte, e, no entanto, indiferente à vida. Começara a obcecá-lo a ideia de ser perseguido, atraído a uma armadilha e caçado. Estremecia se a tapeçaria abanava ao de leve com o vento. As folhas mortas que o vento atirava contra as vidraças pareciam-lhe os seus propósitos perdidos e desvairados remorsos. Quando fechava os olhos, tornava a ver a cara do marinheiro a espreitá-lo através do vidro embaciado pela névoa, e, mais uma vez, sentia o pavor a apertar-lhe o coração.

Но, может быть, это только его воображение вызвало из мрака ночи призрак мстителя и рисует ему жуткие картины ожидающего его возмездия? Действительность - это хаос, но в работе человеческого воображения есть неумолимая логика. И только наше воображение заставляет раскаяние следовать по пятам за преступлением. Только воображение рисует нам отвратительные последствия каждого нашего греха. В реальном мире фактов грешники не наказываются, праведники не вознаграждаются. Сильному сопутствует успех, слабого постигает неудача. Вот и все.

И, наконец, если бы сторонний человек бродил вокруг дома, его бы непременно увидели слуги или сторожа. На грядках под окном оранжереи остались бы следы - и садовники сразу доложили бы об этом ему, Дориану. Нет, нет, все это только его фантазия! Брат Сибилы не вернулся, чтобы убить его. Он уехал на корабле и погибнет где-нибудь в бурном море. Да, Джеймс Вэйн, во всяком случае, ему больше не опасен. Ведь он не знает, не может знать имя того, кто погубил его сестру. Маска молодости спасла Прекрасного Принца.

Mas, provavelmente, fora a sua imaginação que fizera sair das trevas da noite a vingança, e lhe pusera diante dos olhos as formas hediondas do castigo. A vida real era o caos, mas a imaginação tinha algo de terrivelmente lógico.

Era a imaginação que lançava o remorso no rasto do pecado. Era a imaginação que obrigava cada crime a gerar os seus monstros. No mundo da banal realidade, os maus não eram punidos, nem os bons recompensados. O triunfo era concedido aos fortes, o fracasso imposto aos fracos. E era assim mesmo. Além disso, qualquer intruso que andasse a rondar a casa teria sido visto pelos criados ou pelos couteiros. Se tivessem sido encontradas pegadas nos canteiros de flores, os jardineiros tê-lo-iam informado. Estava convicto de que fora pura imaginação. O irmão de Sibyl Vane não regressara para o matar. Ele partira no seu navio e afundara-se em mar de invernia. Dele, ao menos, estava livre. Ora, o homem não sabia quem ele era, nem poderia saber. A máscara da juventude salvara-o.

Так Дориан в конце концов уверил себя, что все это был только мираж. Однако ему страшно было думать, что совесть может порождать такие жуткие фантомы и, придавая им видимое обличье, заставлять их проходить перед человеком! Во что превратилась бы его жизнь, если бы днем и ночью призраки его преступлений смотрели на него из темных углов, издеваясь над ним, шептали ему что-то в уши во время пиров, будили его ледяным прикосновением, когда он уснет! При этой мысли Дориан бледнел и холодел от страха. О, зачем он в страшный час безумия убил друга! Как жутко даже вспоминать эту сцену! Она словно стояла у него перед глазами. Каждая ужасная подробность воскресала в памяти и казалась еще ужаснее. Из темной пропасти времен в кровавом одеянии вставала грозная тень его преступления.

E, contudo, mesmo se aquilo fora apenas uma alucinação, não deixava de ser terrível pensar que a consciência podia criar fantasmas tão medonhos, e dar-Lhes forma física e movimento! Que vida seria a sua se, dia e noite, as sombras do seu crime o espiassem de recantos silenciosos, dele escarnecessem de lugares secretos, lhe segredassem ao ouvido a meio de uma festa, o despertassem com dedos álgidos quando dormia! À medida que a ideia se lhe insinuava na mente, empalidecia de terror, e parecia-Lhe que o ar subitamente arrefecera. Ah! O violento desvario daquela hora em que matara o amigo! A simples lembrança da cena era aterradora! Tornava a ver tudo. Voltava-lhe à memória cada pormenor horrendo acrescentado de um novo horror. Da negra caverna do Tempo, terrível e envolta em faixas escarlates, surgia a imagem do seu pecado. Às seis horas, Lord Henry entrou no quarto e encontrou-o num choro convulsivo, como se o coração se fosse partir.

Когда лорд Генри в шесть часов пришел в спальню к Дориану, он застал его в слезах. Дориан плакал, как человек, у которого сердце разрывается от горя.

Только на третий день он решился выйти из дому. Напоенное запахом сосен ясное зимнее утро вернуло ему бодрость и жизнерадостность. Но не только это вызвало перемену. Вся душа Дориана восстала против чрезмерности мук, способной ее искалечить, нарушить ее дивный покой. Так всегда бывает с утонченными натурами. Сильные страсти, если они не укрощены, сокрушают таких людей. Страсти эти -либо убивают, -либо умирают сами. Мелкие горести и неглубокая любовь живучи. Великая любовь и великое горе гибнут от избытка своей силы.

Só no terceiro dia se atreveu a sair. Havia qualquer coisa no ar límpido e perfumado de pinho daquela manhã de Inverno que parecia devolver-Lhe a jovialidade e o entusiasmo pela vida. Mas não foram apenas as condições físicas da atmosfera a provocar a mudança. A própria índole rebelara-se contra a excessiva angústia que tentara mutilar e destruir a perfeição da sua serenidade. É uma característica dos temperamentos subtis e requintados. As suas paixões intensas devem magoar ou vergar-se. Matam o homem, ou morrem.. Os pesares e amores fúteis sobrevivem. Os amores e pesares sublimes são destruídos pela sua própria plenitude. Além do mais, ele convencera-se de que fora vítima de uma imaginação dominada pelo terror, e, ao revê-los agora, compadecia-se, e desdenhava mesmo, dos seus medos.

Помимо того, Дориан убедил себя, что онжертва своего потрясенного воображения, и уже вспоминал свои страхи с чувством, похожим на снисходительную жалость, жалость, в которой была немалая доля пренебрежения.

Após o pequeno-almoço, passeou durante uma hora no jardim com a duquesa; depois conduziu uma charrete até ao outro extremo do parque para se juntar ao grupo dos caçadores. A geada parecia sal a cobrir a relva. O céu era o fundo azul de uma taça de metal. Uma fina camada de gelo orlava a superfície lisa do lago onde cresciam juncos.

После завтрака он целый час гулял с герцогиней в саду, потом поехал через парк па то место, где должны были собраться охотники. Сухой хрустящий иней словно солью покрывал траву. Небо походило на опрокинутую чашу из голубого металла. Тонкая кромка льда окаймляла у берегов поросшее камышом тихое озеро.

Numa volta do pinhal, avistou Sir Geoffrey Clouston, o irmão da duquesa, que sacudia da espingarda dois cartuchos vazios. Saltou da charrete e; depois de ter ordenado ao moço de estrebaria que regressasse com a égua, abriu caminho por entre fetos secos e eriçadas moitas em direcção ao seu convidado.

На опушке соснового леса Дориан, увидел брата герцогини, сэра Джеффри Клаустона, - он выбрасывал два пустых патрона из своего ружья. Дориан выскочил из экипажа и, приказав груму отвести лошадь домой, направился к своему гостю, пробираясь сквозь заросли кустарника и сухого папоротника.

- A caçada foi boa, Geoffrey? - perguntou-lhe.

- Não foi lá muito boa, Dorian. Creio que a maioria dos pássaros fugiu para os campos. Acho que será melhor depois de almoço, quando formos para outro sítio.

- Хорошо поохотились, Джеффри? - спросил он, подходя.

- Не особенно. Видно, птицы почти все улетели в'поле. После завтрака переберемся на другое место. Авось там больше повезет.

Dorian ia caminhando a seu lado. O ar estimulante e perfumado, as cintilações castanhas e vermelhas do bosque, os gritos enrouquecidos dos batedores ressoando de tempos a tempos, seguidos dos disparos secos das espingardas, fascinavam-no e invadiam-no de uma sensação de deliciosa liberdade. Era dominado por uma felicidade sem cuidados e uma intensa e despreocupada alegria.

Дориан зашагал рядом с ним. Живительный аромат леса, мелькавшие в его зеленой сени золотистые и красные блвки солнца на стволах, хриплые крики загонщиков, порой разносившиеся по лесу, и резкое щелкание ружей - все веселило его и наполняло чудесным ощущением свободы. Он весь отдался чувству бездумного счастья, радости, которую ничто не может смутить.

De repente, de um encrespado tufo de penas secas, a umas vinte jardas mais adiante, as orelhas de ponta preta espetadas, e com as longas patas traseiras a impelirem-na para a frente, saltou uma lebre. Escapava-se para uma mata de amieiros. Sir Geoffrey encostou a espingarda ao ombro, mas algo no movimento grácil do animal fascinou inesperadamente Dorian Gray, que gritou de imediato.

Вдруг ярдах в двадцати от них, изза бугорка, поросшего прошлогодней травой, выскочил заяц. Насторожив уши с черными кончиками, вытягивая длинные задние лапки, он стрелой помчался в глубь ольшаника. Сэр Джеффри тотчас поднял ружье. Но грациозные движения зверька неожиданно умилили Дориана, и он крикнул:

- Não a mate, Geoffrey! Deixe-a viver.

- Que dísparate, Dorian! - disse, rindo, o companheiro. E, quando a lebre saltou para o matagal, disparou.

- Не убивайте его, Джеффри, пусть себе живет!

Ouviram-se dois gritos: o grito de uma lebre ferida, o que é horrível, e o grito de um homem agonizante; o que é pior.

- Что за глупости, Дориан! - со смехом запротестовал сэр Джеффри и выстрелил в тот момент, когда заяц юркнул в чащу. Раздался двойной крик - ужасный крик раненого зайца и еще более ужасный предсмертный крик человека.

- Valha-me Deus! Atingi um batedor! - foi a exclamação de Sir Geoffrey. - Que estupidez! Ir colocar-se mesmo em frente das espingardas! Vocês aí, não disparem! - bradou ele aos outros. - Há um homem ferido.

- Боже! Я попал в загонщика! - ахнул сэр Джеффри.- Какой это осел полез под выстрелы! Эй, перестаньте там стрелять! - крикнул он во всю силу своих легких.- Человек ранен!

O chefe dos couteiros acorreu de varapau na mão.

- Onde, senhor? Onde está ele? - gritou o homem. Ao mesmo tempo cessaram os disparos em toda a fileira.

Прибежал старший егерь с палкой.

- Где, сэр? Где он?

- Está aqui - respondeu, irritado, Sir Geoffrey, precipitando-se para a mata.

И в ту же минуту по всей линии затихла стрельба.

- Por que cargas de água não mantém os seus homens lá atrás?

- Там, - сердито ответил сэр Джеффри и торопливо пошел к ольшанику.- Какого черта вы не отвели своих людей подальше? Испортили мне сегодняшнюю охоту.

A caçada do dia já está estragada.

Дориан смотрел, как оба нырнули в заросли, раздвигая гибкие ветви. Через минуту они уже появились оттуда и вынесли труп на освещенную солнцем опушку. Дориан в ужасе отвернулся, подумав, что злой рок преследует его повсюду. Он слышал вопрос сэра Джеффри, умер ли этот человек, и утвердительный ответ егеря. Лес вдруг ожил, закишел людьми, слышался топот множества ног, приглушенный гомон. Крупный фазан с меднокрасной грудью, шумно хлопая крыльями, пролетел наверху среди ветвей.

Dorian observava-os a embrenharem-se na mata de amieiros afastando os ramos flexíveis e balouçantes. Reapareceram pouco depois, arrastando um corpo para a luz do sol. Ele voltou as costas horrorizado. A desgraça parecia segui-lo para onde quer que fosse. Ouviu Sir Geoffrey perguntar se o homem estava realmente morto, e a resposta afirmativa do couteiro. Tinha a sensação de que, subitamente, o bosque se povoara de rostos.

Ouvia o tropel de miríades de pés e o grave sussurro de vozes.

Um grande faisão de peito acobreado surgiu esvoaçando por entre os ramos das árvores.

Через несколько минут, показавшихся расстроенному Дориану бесконечными часами муки, на его плечо легла чья-то рука. Он вздрогнул и оглянулся.

Após alguns momentos, que, no estado de perturbação em que se encontrava, lhe pareceram intermináveis horas de sofrimento, sentiu a mão que pousara no seu ombro. Voltou-se, sobressaltado.

- Дориан, - промолвил лорд Генри.- Лучше я скажу им, чтобы на сегодня охоту прекратили. Продолжать ее как-то неудобно.

- Dorian - disse Lord Henry -, será melhor que eu lhes diga que a caçada terminou por hoje. Não pareceria bem continuar.

- Ее бы следовало запретить навсегда, - ответил Дориан с горечью.- Это такая жестокая и противная забава! Что, тот человек...

- Quem me dera que terminasse para sempre, Harry respondeu, com amargura. - É uma coisa repugnante e cruel. O homem está...?

Não conseguiu concluir a frase.

Он не мог докончить фразы.

- К сожалению, да. Ему угодил в грудь весь заряд дроби. Должно быть, умер сразу. Пойдемте домой, Дориан.

- Creio que sim - retorquiu Lord Henry. - Apanhou a carga toda no peito. Deve ter tido morte instantânea. Venha, vamos para casa.

Они шли рядом к главной аллее и молчали. Наконец Дориан поднял глаза на лорда Генри и сказал с тяжелым вздохом:

Caminharam juntos na direcção da alameda, percorrendo umas cinquenta jardas em silêncio. Então Dorian olhou para Lord Henry, soltando um longo suspiro.

- Это дурное предзнаменование, Гарри, очень дурное!

- Isto é um mau presságio, Harry - disse ele -, um presságio muito mau.

- Что именно? - спросил лорд Генри.- Ах да, этот несчастный случай. Ну, милый друг, что поделаешь? Убитый был сам виноват - кто же становится под выстрелы? И, кроме топимы-то тут при чем? Для Джеффри это изрядная неприятность, не спорю. Дырявить загонщиков не годится. Люди могут подумать, что он плохой стрелок. А между тем это неверно: Джеффри стреляет очень метко. Но не будем больше говорить об этом.

Дориан покачал головой.

- O quê? - perguntou Lord Henry -, Ah, este acidente, suponho. Meu caro amigo, não se pode fazer nada. Foi por culpa do homem. Por que se colocou ele em frente das espingardas?

Aliás, nada temos a ver com isso. O Geoffrey encontra-se numa situação bastante delicada, é claro. Não é conveniente atingir os batedores. Leva as pessoas a pensar que somos atiradores desastrados. E o Geoffrey não o é; ele é um óptimo atirador.

- Нет, это дурной знак, Гарри. Я чувствую, что случится что-то страшное... Быть может, со мной, - добавил он, проводя рукой по глазам, как под влиянием сильной боли.

Mas não vale a pena falar sobre o assunto.

Dorian abanou a cabeça.

Лорд Генри рассмеялся.

- É um mau presságio, Harry. Tenho a sensação de que uma coisa terrível vai acontecer a alguns de nós. Talvez a mim acrescentou, passando a mão pelos olhos, com um gesto de dor. O mais velho riu-se.

- Самое страшное на свете - это скука, Дориан. Вот единственный грех, которому нет прощения. Но нам она не грозит, если только наши приятели за обедом не вздумают толковать о случившемся. Надо будет их предупредить, что это запретная тема. Ну а предзнаменования - вздор, никаких предзнаменований не бывает. Судьба не шлет нам вестников - для этого она достаточно мудра или достаточно жестока. И, наконец, скажите, ради бога, что может с вами случиться, Дориан? У вас есть все, чего только может пожелать человек. Каждый был бы рад поменяться с вами.

- A única coisa horrível deste mundo é o Ennui, Dorian. Esse é o único pecado para o qual não existe perdão. Mas não é provável que ele nos afecte, a não ser que, durante o jantar, estes amigos continuem a falar sobre o caso. Tenho de lhes dizer que será um assunto interdito. Quanto aos presságios, é coisa que não existe. O Destino não se faz anunciar. Tem demasiado bom senso ou demasiada crueldade para o fazer. De mais a mais, o que é que lhe poderia acontecer, Dorian? Você tem tudo o que um homem pode desejar neste mundo. Não há ninguém que não ficasse encantado por trocar de lugar consigo.

- А я был бы рад поменяться с любым человеком на свете! Не смейтесь, Гарри, я вам правду говорю. Злополучный крестьянин, который убит только что, счастливее меня. Смерти я не боюсьстрашно только ее приближение. Мне кажется, будто ее чудовищные крылья уже шумят надо мной в свинцовой духоте. О господи! Разве вы не видите, что какой-то человек прячется за деревьями, подстерегает, ждет меня?

- Não há ninguém com quem eu não desejasse trocar de lugar, Harry. Não se ria assim. É verdade. O infeliz camponês que acaba de morrer está em melhor situação do que eu. Não tenho pavor da Morte. O que me aterroriza é a aproximação da Morte.

Лорд Генри посмотрел туда, куда указывала дрожащая рука в перчатке.

As suas asas monstruosas parecem adejar no ar plúmbeo à minha volta. Céus! Não vê um homem atrás daquelas árvores, a espreitar-me, a esperar por mim?

- Да, - сказал он с улыбкой, - вижу садовника, который действительно поджидает нас. Наверное, хочет узнать, какие цветы срезать к столу. До чего же у вас нервы развинтились, мой милый! Непременно посоветуйтесь с моим врачом, когда мы вернемся в город.

Дориан вздохнул с облегчением, узнав в подходившем садовника. Тот приподнял шляпу, смущенно покосился на лорда Генри и, достав из кармана письмо, подал его хозяину.

- Ее светлость приказала мне подождать ответа, - промолвил он вполголоса.

Lord Henry olhou na direcção apontada pela mão enluvada que tremia.

- Vejo - respondeu a sorrir -, vejo o jardineiro à sua espera. Há-de querer saber que flores você quer esta noite na mesa. Mas que absurdo nervosismo o seu, meu caro amigo! Tem de ir consultar o meu médico quando regressarmos a Londres. Dorian suspirou de alívio ao ver o jardineiro a aproximar-se.

O homem levou a mão ao chapéu, olhou hesitante para Lord Henry, e depois mostrou uma carta, que entregou ao amo.

Дориан сунул письмо в карман.

- Sua Senhoria pediu-me que esperasse pela resposta balbuciou.

- Скажите ее светлости, что я сейчас приду, - сказал он сухо. Садовник торопливо пошел к дому.

Dorian meteu a carta no bolso.

- Diga a Sua Senhoria que volto já - respondeu, com frieza.

- Как женщины любят делать рискованные вещи! - с улыбкой заметил лорд Генри.- Эта черта мне в них очень нравится. Женщина готова флиртовать с кем угодно до тех пор, пока другие на это обращают внимание.

O homem deu meia volta e foi rapidamente na direcção da casa.

- Muito gostam as mulheres de correr riscos! - riu Lord Henry. - De todas as suas qualidades é a que mais admiro. Uma mulher namora com qualquer pessoa deste mundo desde que tenha espectadores.

- А вы любите говорить рискованные вещи, Гарри. И в данном случае вы глубоко ошибаетесь. Герцогиня мне очень нравится, но я не влюблен в нее.

- Como você gosta de dizer coisas perigosas, Harry! No caso presente está muito enganado. Gosto muito da duquesa, mas não a amo.

- А она в вас очень влюблена, но нравитесь вы ей меньше. Так что вы составите прекрасную пару.

- E a duquesa ama-o muito, mas gosta menos, por isso, estão feitos um para o outro.

- Вы сплетничаете, Гарри! И сплетничаете без всяких оснований.

- Está a difamar sem haver motivo algum, Harry.

- Основание для всякой сплетни - вера в безнравственность, - изрек лорд Генри, закуривая папиросу.

- O motivo de toda a difamação é uma certeza imoral observou Lord Henry, enquanto acendia um cigarro.

- Você sacrificaria quem quer que fosse por um epigrama.

- Гарри, Гарри, вы ради красного словца готовы кого угодно принести в жертву!

- Cada um vai ao altar de livre vontade - foi a resposta.

- Люди сами восходят на алтарь, чтобы принести себя в жертву.

- Ах, если бы я мог кого-нибудь полюбить! - воскликнул Дориан с ноткой пафоса в голосе.- Но я, кажется, утратил эту способность и разучился желать. Я всегда был слишком занят собой - и вот стал уже в тягость самому себе. Мне хочется бежать от всего, уйти, забыть!.. Глупо было ехать сюда. Я, пожалуй, телеграфирую Харви, чтобы яхта была наготове. На яхте чувствуешь себя в безопасности.

- Eu bem desejaria poder amar - exclamou Dorian Gray, com uma grave entoação patética. - Mas tenho a impressão de que perdi a paixão e esqueci o desejo. Concentro-me demasiado em mim mesmo. A minha personalidade é para mim um fardo. Quero fugir, partir, esquecer. Foi uma tolice eu ter vindo para aqui. Creio que vou enviar um telegrama ao Harvey a dizer que mande preparar o iate. Num iate sente-se segurança.

- В безопасности от чего, Дориан? С вами случилась какаянибудь беда? Почему же вы молчите? Вы знаете, что я всегда готов помочь вам.

- Segurança relativamente a quê, Dorian? Você está com algum problema. Por que não me diz o que se passa? Sabe bem que eu estaria pronto a ajudá-lo.

- Não Lhe posso dizer, Harry - respondeu, contristado.

- Я не могу вам ничего рассказать, Гарри, - ответил Дориан уныло.- И, наверное, все - просто моя фантазия. Это несчастье меня расстроило, я предчувствую, что и со мной случится чтонибудь в таком роде.

- Deve ser coisa da minha imaginação. Este infeliz acidente transtornou-me. Tenho um pressentimento horrível de que me pode acontecer algo semelhante.

- Que disparate!

- Какой вздор!

- Надеюсь, вы правы, но ничего не могу с собой поделать. Ага, вот и герцогиня! Настоящая Артемида в английском костюме. Как видите, мы вернулись, герцогиня.

- Oxalá seja, mas não consigo evitá-lo. Ah, aqui temos a duquesa, que parece Artemisa(1) com um fato feito por medida. Como vê, regressámos, duquesa.

- Я уже все знаю, мистер Грей, - сказала герцогиня.- Бедный Джеффри ужасно огорчен. И, говорят, вы просили его не стрелять в зайца. Какое странное совпадение!

- Já sei tudo sobre o caso, Mr. Gray - respondeu ela. - O pobre do Geoffrey está terrivelmente incomodado. E parece que o senhor lhe pediu que não matasse a lebre. É curioso!

- Да, очень странное. Не знаю даже, что меня побудило сказать это. Простая прихоть, вероятно. Заяц был так мил... Однако очень жаль, что они вам рассказали про это. Ужасная история...

- Foi, de facto, muito curioso. Não sei o que me levou a fazê-lo. Algum capricho, talvez. Parecia a mais linda de todas as criaturas. Mas lamento que lhe tenham falado do homem. É um assunto horrendo.

- Досадная история, - поправил его лорд Генри.- И психологически ничуть не любопытная. Вот если бы Джеффри убил его нарочно, - как это было бы интересно! Хотел бы я познакомиться с настоящим убийцей!

- É um assunto maçador - interveio Lord Henry. - Não tem absolutamente nenhum valor psicológico. Ora se o Geoffrey o tivesse feito propositadamente, que interessante não seria! Gostaria de conhecer alguém que tivesse cometido um crime de verdade.

- Гарри, вы невозможный человек! - воскликнула герцогиня.- Не правда ли, мистер Грей?.. Ох, Гарри, мистеру Грею, кажется, опять дурно! Он сейчас упадет!

- Como você é horrível, Harry! - exclamou a duquesa. - Não concorda, Mr. Gray? Harry! Mr. Gray está outra vez indisposto.Vai desmaiar.

Dorian recompôs-se com esforço, e sorriu.

Дориан с трудом овладел собой и улыбнулся.

- Это пустяки, не беспокойтесь, герцогиня. Нервы у меня сильно расстроены, вот и все. Пожалуй, я слишком много ходил сегодня... Что такое Гарри опять изрек? Что-нибудь очень циничное? Вы мне потом расскажете. А сейчас вы меня извините - мне, пожалуй, лучше пойти прилечь.

- Não é nada, duquesa - balbuciou, - os meus nervos estão pavorosamente abalados. É só isso. Acho que caminhei muito esta manhã. Não ouvi o que disse o Harry. Foi muito desagradável? Há-de contar-me noutra ocasião. Creio que vou repousar. Peço que me desculpem.

Они дошли до широкой лестницы, которая вела из оранжерея на террасу. Когда стеклянная дверь закрылась за Дорианом, лорд Генри повернулся к герцогине и посмотрел на нее в упор своими томными глазами.

Haviam chegado ao grande lanço de escadas que ia da estufa ao terraço. Quando a porta de vidro se fechou nas costas de Dorian, Lord Henry voltou-se e, com o seu olhar sonolento, fitou a duquesa.

- Está muito apaixonada por ele? - perguntou-lhe.

Ela demorou algum tempo a responder, quedando-se a contemplar a paisagem.

- Вы сильно в него влюблены? - спросил он. Герцогиня некоторое время молчала, глядя на расстилавшуюся перед ними картину.

*1. (Mitologia grega) Deusa da Lua e da caça. (N. da T.)

- Quem me dera saber - disse, por fim.

Ele meneou a cabeça.

- Хотела бы я сама это знать, - сказала она наконец. Лорд Генри покачал головой.

- O saber seria fatal. A incerteza é que dá encanto. A bruma torna as coisas maravilhosas.

- Знание пагубно для любви. Только неизвестность пленяет нас. В тумане все кажется необыкновенным.

- Podemos perder-nos no caminho.

- Todos os caminhos vão dar ao mesmo sítio, minha querida Gladys.

- Но в тумане можно сбиться с пути.

- E qual é?

- O da desilusão.

- Ах, милая Глэдис, все пути ведут к одному.

- Esse foi o meu début na vida - disse ela, com um suspiro.

- К чему же?

- К разочарованию.

- Apareceu-lhe de coroa.

- С него я начала свой жизненный путь, - со вздохом отозвалась герцогиня.

- Estou cansada de folhas de morangueiro(1).

- Ficam-lhe bem.

- Só em público.

- Оно пришло к вам в герцогской короне.

- Sentiria a sua falta - disse Lord Henry.

- Мне надоели земляничные листья.

- Não me aparto de uma pétala sequer.

- Но вы их носите с подобающим достоинством.

- Monmouth pode ouvir.

- A velhice é dura de ouvido.

- Только на людях.

- Ele nunca teve ciúmes?

- Смотрите, вам трудно будет обойтись без них!

- Quem me dera que tivesse.

- А они останутся при мне, все до единого.

Ele olhou em volta como que à procura de alguma coisa.

- Но у Монмаута есть уши.

- O que procura? - perguntou ela.

- Старость туга на ухо.

- Неужели он никогда не ревнует?

- O botão que lhe caiu da ponta do florete.

- Нет. Хоть бы раз приревновал!

- Ainda tenho a máscara posta - disse ela, rindo.

Лорд Генри осмотрелся вокруг, словно ища чегото.

- Чего вы ищете? - спросила герцогиня.

- Шишечку от вашей рапиры, - отвечал он.- Вы ее обронили.

- Faz-lhe os olhos mais bonitos - retorquiu ele. Ela riu-se de novo. Os dentes pareciam sementes brancas num fruto escarlate.

Герцогиня расхохоталась.

- Но маска еще на мне.

- Изпод нее ваши глаза кажутся еще красивее, - был ответ.

Герцогиня снова рассмеялась. Зубы ее блеснули меж губ, как белые зернышки в алой мякоти плода.

Em cima, no seu quarto, Dorian Gray encontrava-se estendido num sofá, com todas as fibras do corpo a vibrarem de terror. De repente, a vida tornara-se um fardo hediondo que tinha de carregar. A morte horrenda do infeliz batedor, abatido na mata como um animal selvagem, parecera-lhe prefigurar também a sua própria morte.

А наверху, в своей спальне, лежал на диване Дориан, и каждая жилка в нем дрожала от ужаса. Жизнь внезапно стала для него невыносимым бременем. Смерть злополучного загонщика, которого подстрелили в лесу, как дикого зверя, казалась Дориану прообразом его собственного конца. Услышав слова лорда Генри, сказанные с такой циничной шутливостью, он чуть не лишился чувств.

*1. Ornamento heráldico das coroas ducais inglesas. (N. da T.)

Quase desfalecera ao ouvir o que Lord Henry havia dito casualmente num dos seus momentos de gracejos cínicos.

В пять часов он позвонил слуге и распорядился, чтобы его вещи были уложены и коляска подана к половине девятого, так как, он, уезжает вечерним поездом в Лондон. Он твердо решил ни одной ночи не ночевать больше в Селби, этом зловещем месте, где смерть бродит и при солнечном свете, а трава в лесу обрызгана кровью.

Às cinco horas tocou a campainha para chamar o criado e ordenou-lhe que lhe fizesse as malas para apanhar o expresso da noite para Londres, e que a berlinda estivesse à porta às oito e meia. Estava decidido a não passar outra noite em Selby Royal. Era um lugar agourento, por onde a Morte se passeava ao sol. A relva da floresta ficara manchada de sangue.

Он написал лорду Генри записку, в которой сообщал, что едет в Лондон к врачу, и просил развлекать гостей до его возвращения. Когда он запечатывал записку, в дверь постучали, и лакей доложил, что пришел старший егерь. Дориан нахмурился, закусил губу.

Depois escreveu um bilhete dirigido a Lord Henry, a comunicar-lhe que ia a Londres consultar o médico e a pedir-lhe que se ocupasse dos convidados durante a sua ausência. Quando estava a metê-lo no envelope, bateram à porta. Era o seu criado pessoal a informá-lo de que o chefe dos couteiros desejava falar-lhe. Ele fez um trejeito de desagrado.

- Diga-lhe que entre - resmungou, após alguma hesitação.

- Пусть войдет, - буркнул он после минутной нерешимости. Как только егерь вошел, Дориан достал из ящика чековую книжку и положил ее перед собой.

Assim que o homem entrou, Dorian sacou de uma gaveta o livro de cheques e colocou-o aberto diante de si.

- Вы, наверное, пришли по поводу того несчастного случая, Торнтон? - спросил он, берясь уже за перо.

- Calculo que veio aqui por causa do infeliz acidente desta manhã, Thornton - disse, pegando numa caneta.

- Sim, senhor - respondeu o couteiro.

- Так точно, сэр, - ответил егерь.

- Что же, этот бедняга был женат? У него есть семья? - спросил Дориан небрежно, - Если да, я их не оставлю в нужде, пошлю им денег. Сколько вы находите нужным?

- O pobre do homem era casado? Tinha pessoas a seu cargo? perguntou Dorian, com ar enfastiado. - Se for esse o caso, não quero que passem necessidades. Mandarei uma quantia em dinheiro que você achar suficiente.

- Мы не знаем, кто этот человек, сэр. Поэтому я и осмелился вас побеспокоить...

- Nós não sabemos quem ele é, senhor. É por causa disso que tomei a liberdade de vir ter com Vossa Senhoria.

- Не знаете, кто он? - рассеянно переспросил Дориан.- Как так? Разве он не из ваших людей?

- Não sabem quem é? - perguntou Dorian, com indiferença. Que quer dizer com isso? Não era um dos seus homens?

- Нет, сэр. Я его никогда в глаза не видел. Похоже, что это какой-то матрос, сэр. Перо выпало из рук Дориана, и сердце у него вдруг замерло.

- Não, senhor. Nunca o tinha visto. Parece um marinheiro, senhor.

- Матрос? - переспросил он.- Вы говорите, матрос?

A caneta caiu da mão de Dorian Gray, e ele sentiu que, de repente, o coração quase deixara de bater.

- Да, сэр. По всему видно. На обеих руках у него татуировка... и все такое...

- Um marinheiro? - exclamou. - Disse marinheiro?

- А нашли вы при нем что-нибудь ? - Дориан наклонился вперед, ошеломленно глядя на егеря.- Какой-нибудь документ, из которого можно узнать его имя?

- Sim, senhor. Pelo aspecto, parece que era, tatuagens nos dois braços, e tudo o mais.

- Ele trazia alguma coisa consigo? - perguntou Dorian, inclinando-se para a frente e fixando-o com ansiedade.Qualquer coisa com o nome dele?

- Нет, сэр. Только немного денег и шестизарядный револьвер - больше ничего. А имя нигде не указано. Человек, видимо, приличный, но из простых. Мы думаем, что матрос.

Дориан вскочил. Мелькнула безумная надежда, и он судорожно за нее ухватился.

- Algum dinheiro, senhor, não muito, e um revólver de seis balas. Não trazia nome neniium. Um homem com ar honesto, senhor, mas um pouco rude. Do tipo marinheiro, achamos nós.

- Где труп? Я хочу его сейчас же увидеть.

Dorian ergueu-se de pronto. Alvoroçado por uma tremenda esperança, agarrava-se a ela desesperadamente.

- Он на ферме, сэр. В пустой конюшне. Люди не любят держать в доме покойника. Они говорят, что мертвец приносит несчастье.

- Onde está o corpo? - exclamou. - Depressa! Preciso de o ver imediatamente.

- На ферме? Так отправляйтесь туда и ждите меня. Скажите кому-нибудь из конюхов, чтобы привел мне лошадь... Или нет, не надо. Я сам пойду в конюшню. Так будет скорее.

- Está num estábulo vazio do Casal, senhor. O povo não gosta de ter um morto em casa. Dizem que dá azar.

- O Casal! Vá logo ter comigo. Diga a um dos moços que me traga o meu cavalo. Deixe, não é preciso. Eu mesmo vou à estrebaria. Poupa-se tempo.

Не прошло и четверти часа, как Дориан Грей уже мчался галопом, во весь опор, по длинной аллее. Деревья призрачной процессией неслись мимо, и пугливые тени перебегали дорогу. Раз добыла неожиданно свернула в сторону, к знакомой белой ограде, я чуть не сбросила седока. Он стегнул ее хлыстом по шее, и она понеслась вперед, рассекая воздух, как стрела. Камни летели изпод ее копыт.

Em menos de um quarto de hora, Dorian Gray galopava a toda a brida pela alameda. As árvores passavam por ele a fugir em espectral desfile e sombras desordenadas atravessavam-se no caminho. Houve um momento em que a égua se desviou bruscamente do pilar branco de um portão e quase o arremessou ao solo. Fustigou-Lhe o pescoço com o pingalim. Ela fendeu o ar poeirento como uma seta. Os cascos faziam voar as pedras.

Наконец Дориан доскакал до фермы. По двору слонялись двое .рабочих. Он спрыгнул с седла и бросил поводья одному из них. В самой дальней конюшне светился огонек. Какой-то внутренний голос подсказал Дориану, что мертвец там. Он быстро подошел к дверям и взялся за щеколду.

Finalmente chegou ao Casal. Dois homens passeavam pelo pátio. Ele saltou da sela e atirou as rédeas a um deles. No estábulo mais afastado viu uma luz. Teve o pressentimento de que o corpo estava ali. Dirigiu-se apressado para a porta e pousou a mão no ferrolho.

Однако он вошел не сразу, а постоял минуту, чувствуя, что вот сейчас ему предстоит сделать открытие, которое -либо вернет ему покой, -либо испортит жизнь навсегда. Наконец он порывисто дернул дверь к себе и вошел.

Deteve-se aí por instantes, sentindo que estava à beira de uma descoberta que o poderia salvar ou destruir-lhe a vida. Então empurrou a porta e entrou.

На мешках в дальнем углу лежал человек в грубой рубахе и синих штанах. Лицо его было прикрыто пестрым ситцевым платком. Рядом горела, потрескивая, толстая свеча, воткнутая в бутылку.

Ao fundo, sobre uma pilha de serapilheiras, jazia o cadáver de um homem que vestia uma camisa grosseira e umas calças azuis, Um lenço manchado tapava-lhe o rosto.

Дориан дрожал, чувствуя, что у него не хватит духу своей рукой снять платок. Он кликнул одного из работников.

Ao lado, no gargalo de uma garrafa, crepitava uma vela tosca. Dorian Gray estremeceu. Sentiu que não podia ser a sua mão a que havia de tirar o lenço, e chamou por um dos criados, dizendo-Lhe que se aproximasse.

- Снимите эту тряпку, я хочу его видеть, - сказал он и прислонился к дверному косяку, ища опоры.

- Tira aquilo da cara. Quero vê-la - disse ele, agarrado à ombreira da porta para se apoiar.

Когда парень снял платок, Дориан подошел ближе. Крик радости вырвался у него. Человек, убитый в лесу, был Джеймс Вэйн!

Quando o criado fez o que lhe ordenara, ele avançou. Soltou um grito de alegria. O homem que fora alvejado na mata era James Vane.

Несколько минут Дориан Грей стоял и смотрел на мертвеца. Когда он потом ехал домой, глаза его были полны слез. Спасен!

Permaneceu ali alguns minutos a olhar para o cadáver. Ao voltar para casa, os olhos iam rasos de lágrimas, pois sabia que estava salvo.