Read synchronized with  English  German 
< Prev. Chapter  |  Next Chapter >
Font: 

Целый год Джо и ее профессор трудились и ждали, надеялись и любили, изредка встречались и писали такие пространные письма, что на обоих, как утверждал Лори, полностью ложилась ответственность за последнее подорожание бумаги. Второй год начался невесело, так как их перспективы не стали радостнее, а тетя Марч неожиданно умерла. Но когда утихла первая скорбь - потому что они любили старую даму, несмотря на ее острый язык, - обнаружилось, что есть и причина для радости, так как тетя завещала Джо свое имение Пламфильд и это открывало перед ней и профессором самые разные приятные возможности.

- Прекрасное старое имение, и оно принесет тебе изрядную сумму, так как ты, конечно, собираешься его продать, - сказал Лори, когда все они обсуждали этот вопрос несколько недель спустя.

- Нет, не собираюсь, - решительно ответила Джо, лаская жирного пуделя, которого взяла на свое попечение в знак уважения к памяти его хозяйки.

- Но ты же не намерена жить там?

- Да, намерена.

- Но, дорогая моя девочка, это огромный дом, и тебе понадобится куча денег, чтобы содержать его в порядке. Только для работы в парке и саду потребуются два или три человека, а сельское хозяйство, как я понимаю, это не по части Баэра.

- Он попробует им заняться, если я предложу.

- И ты собираешься жить на сельскохозяйственных продуктах Пламфильда? Это мог бы быть рай, но вы скоро поймете, что вас ждет отчаянно тяжелая работа.

- Урожай, который мы собираемся снимать, даст большой доход. - И Джо засмеялась.

- Что же это за прекрасный урожай, мэм?

- Мальчики. Я хочу открыть школу для маленьких мальчиков - хорошую, веселую, с домашней обстановкой, где я буду заботиться о них, а Фриц их учить.

- Такое могла придумать только Джо! Как это на нее похоже, а? - воскликнул Лори, обращаясь к остальным членам семьи, которые были так же удивлены, как и он.

- Мне нравится этот план, - сказала миссис Марч решительно.

- Мне тоже, - добавил ее муж, которого привлекла мысль о возможности попытаться применить сократовский метод для обучения современной молодежи.

- Это будет огромная работа для Джо, - сказала Мег, гладя по голове своего единственного, но поглощающего все ее внимание, сына.

- Джо справится, у нее все будет хорошо, замечательная идея. Расскажи нам обо всем! - воскликнул мистер Лоренс, давно горевший желанием помочь влюбленным, но знавший, что они откажутся от его помощи.

- Я знала, что вы поддержите меня, сэр. И Эми тоже - я вижу по ее глазам, хотя она благоразумно хочет сначала обдумать, а потом говорить. Так вот, дорогие мои, - продолжила Джо, - поймите, что это не одна из моих новых идей, а давно вынашиваемый план. Еще прежде, чем появился Фриц, я часто думала, как, когда я разбогатею и когда никто не будет нуждаться во мне здесь, я сниму большой дом и соберу несколько бедных, заброшенных маленьких мальчиков, у которых нет матери, и буду заботиться о них и постараюсь дать им хорошую жизнь, пока еще не поздно. Я видела много таких, которые идут к своей гибели лишь из-за того, что никто не помог им в нужную минуту. Мне так хочется что-нибудь сделать для них, я знаю их нужды и сострадаю им в их бедах, и я так хотела бы быть им матерью! Миссис Марч протянула Джо руку, и та взяла ее, улыбаясь и со слезами на глазах, и продолжила с тем энтузиазмом, которого они давно у нее не видели.

- Я рассказала однажды о моем плане Фрицу, и он ответил, что именно это было бы ему по душе, и согласился попробовать, когда мы разбогатеем. Дорогая душа, он делает это всю жизнь - помогает бедным мальчикам, хочу я сказать, но не богатеет; богатым он никогда не станет; деньги не задерживаются у него в кармане так долго, чтобы можно было начать копить. Но теперь благодаря моей доброй старой тете, которая любила меня гораздо больше, чем я заслуживала, я богата - по крайней мере, я чувствую себя богатой, - и мы сможем отлично устроиться в Пламфильде, если заведем процветающую школу. Это самое подходящее место для мальчиков: дом большой, мебель простая и прочная. В доме места хватит и на сотню человек, и окрестности чудесные. Мальчики могли бы помогать в парке и в саду: очень полезная для здоровья работа, не правда ли, сэр? Ну а Фриц сможет воспитывать и учить их, а папа поможет ему. Я могу кормить и нянчить, баловать и ругать их, а мама будет моей заместительницей. Мне всегда хотелось, чтобы вокруг меня было много мальчиков, и мне всегда их не хватало, а вот теперь я смогу иметь их целый дом и наслаждаться их обществом сколько душе угодно. Подумайте, какое наслаждение - Пламфильд мой, да еще и куча мальчиков, чтобы веселиться там со мной!

Джо взмахнула руками и восторженно ахнула, вся семья разразилась смехом, а мистер Лоренс хохотал до того, что они испугались, как бы его не хватил удар.

- Не вижу ничего смешного, - сказала она серьезно, когда ее голос стало слышно. - Ничего не может быть естественнее и правильнее для моего профессора, чем открыть школу, а для меня - поселиться в моем собственном поместье.

- Она уже напускает на себя важность, - сказал Лори, рассматривавший выдвинутую идею как отличную шутку. - Но могу я поинтересоваться, на какие средства вы намерены содержать ваше заведение? Если все ученики - беспризорные оборвыши, боюсь, ваш урожай не будет доходным в житейском смысле, миссис Баэр.

- Не отравляй радость, Тедди. Конечно, у меня будут и богатые ученики тоже - возможно, мы начнем только с богатых, а потом, когда начало будет положено, я смогу взять одного-двух оборвышей, так, для приправы. Дети богатых людей зачастую нуждаются в заботе и ласке не меньше, чем бедные. Я видела несчастных детей, брошенных на попечение слуг или застенчивых, которых толкают вперед, заставляя быть на виду, что по-настоящему жестоко. Некоторые из них непослушные из-за неправильного воспитания или отсутствия внимания, другие лишились матери. К тому же даже лучшим из них приходится пройти через период отрочества, когда неуклюжий подросток больше всего нуждается в терпении и доброте со стороны его воспитателей. Окружающие смеются над ними, толкают их туда и сюда, пытаются убрать с глаз долой и ждут, что милые дети вдруг превратятся в прекрасных молодых мужчин. Мальчики редко жалуются - мужественные маленькие души, - но они страдают от этого. Я сама переживала нечто подобное и знаю, каково это. У меня вызывают особый интерес такие неуклюжие медвежата, и я всегда стараюсь дать им почувствовать, что их неловкие руки и ноги и путаница в головах не мешают мне видеть добрые, честные, полные самых лучших устремлений мальчишечьи сердца. Вдобавок у меня есть опыт: разве не воспитала я одного мальчика, ставшего честью и гордостью своей семьи?

- Я засвидетельствую, что ты старалась это сделать, - сказал Лори с благодарным взглядом.

- И я преуспела сверх моих ожиданий: вот ты - солидный, здравомыслящий деловой человек, который делает массу добрых дел и копит благодарности бедняков, а не доллары. Но ты не просто деловой человек: ты любишь все хорошее и красивое, сам наслаждаешься и позволяешь другим разделить удовольствия с тобой, как ты всегда поступал в прежние времена. Я горжусь тобой, Тедди, потому что ты становишься все лучше с каждым годом, и все это чувствуют, хоть ты и не дашь им сказать об этом. Да, и, когда у меня будут новые ученики, я просто укажу на тебя и скажу: "Вот образец для вас, мальчики мои!"

Бедный Лори не знал, куда глаза девать; что-то похожее на давнюю мальчишескую застенчивость охватило его, когда этот поток похвал заставил всех обернуться к нему с одобрительными взглядами и улыбками.

- Послушай, Джо, это, пожалуй, слишком, - начал он. - Ты сделала для меня столько, что я никогда не смогу отблагодарить тебя иначе, как стараясь в полную меру сил, чтобы не разочаровать тебя. Правда, потом ты, так сказать, отреклась от меня, Джо, но я не остался без поддержки, и если добился какого-то успеха, то ты можешь поблагодарить и этих двоих. - И он ласково положил одну руку на белую голову дедушки, другую - на золотистую голову Эми, так как все трое всегда держались вместе.

- Я считаю, что семья - это самое прекрасное на свете! - воскликнула Джо, которая в эту минуту была в необычно приподнятом настроении. - Я надеюсь, что, когда у меня будет своя, она окажется такой же счастливой, как те три, что я лучше всего знаю и больше всего люблю. Если бы только здесь были еще Джон и мой Фриц, это был бы настоящий маленький рай на земле, - добавила она уже спокойнее. И когда она ушла в свою комнату после этого радостного вечера семейных решений, планов и надежд, ее сердце было так переполнено счастьем, что она могла успокоить его, лишь опустившись на колени у пустой постели, которая всегда стояла рядом с ее собственной, и с нежностью задумавшись о Бесс.

Это был совершенно поразительный год, так как все шло замечательно и необычно быстро. Не успела Джо оглянуться, как уже была замужем и поселилась в Пламфильде. Затем появились, как грибы выросли, шесть или семь мальчиков и процветали - бедные так же, как и богатые, - на удивление, так как мистер Лоренс то и дело находил какой-нибудь новый случай отчаянной нужды и умолял Баэров сжалиться над ребенком, за содержание которого он с радостью будет платить ту небольшую сумму, что потребуется. Таким образом, хитрый старый джентльмен обошел гордую Джо и сумел предоставить ей ту разновидность мальчиков, которыми она занималась с особым удовольствием.

Разумеется, сначала это была тяжелая работа, и Джо по неопытности совершала множество ошибок, но благоразумный профессор привел их корабль в более спокойную гавань, и даже самый буйный ученик был в конце концов обуздан. Как радовалась Джо своей "куче мальчиков" и как сокрушалась бы бедная дорогая тетя Марч, если бы присутствовала там и могла видеть, как священные пределы благопристойного, ухоженного Пламфильда кишат разными Томами, Диками и Гарри! Пожалуй, происшедшее можно было считать верхом справедливости, ведь при жизни старая дама была грозой для всех мальчиков на несколько миль вокруг, а теперь эти изгнанники вволю угощались прежде запретными сливами, нечестиво пинали ботинками гравий на ухоженных дорожках, не получая за это выговора, и играли в крикет на большом поле, где раньше паслась раздражительная корова со сломанным рогом, приглашавшая смельчаков прийти и быть сбитыми с ног. Школа становилась своего рода раем для мальчиков, и Лори предложил назвать ее "Баэр-гарден" , в честь руководителя и отражая нравы обитателей.

Это учебное заведение так и не стало модной школой, а профессор не нажил богатства, но оно стало тем, чем и хотела сделать его Джо, - счастливым родным домом для мальчиков, которые нуждаются в воспитании, заботе, доброте. Вскоре все комнаты в доме были заполнены учениками; каждый маленький участок в саду имел своего владельца, скотный двор и сарай превратились в настоящий зверинец, так как было разрешено держать домашних живо-тных; и три раза в день Джо улыбалась своему Фрицу, сидя во главе длинного стола, с обеих сторон которого тянулись ряды веселых юных лиц, поворачивавшихся к ней с признательными взглядами, доверительными речами и благодарностью в сердцах, полных любви к "маме Баэр". Теперь ей хватало мальчиков, и она никогда не уставала от них, хотя они отнюдь не были ангелами и некоторые из них доставляли много забот и тревог профессору и профессорше. Но ее вера в доброту, место для которой есть в сердце самого непослушного, дерзкого, больше всех досаждающего маленького беспризорника, давала ей терпение и умение, а со временем приносила успех, так как ни один смертный мальчик не мог устоять против "папы Баэра", сияющего доброжелательной улыбкой, точно солнце, и "мамы Баэр", прощающей любого до семижды семидесяти раз. Дружба мальчиков была очень дорога Джо - их замечательные порывы, надежды, планы, их забавные или трогательные секреты и признания, их покаянное шмыганье носом и шепот после проступков, и даже их неудачи, делали ее мальчиков только еще дороже для нее. Здесь были несообразительные и застенчивые, безвольные и необузданные, картавые и заики, один или два хромых и веселый маленький квартерон, которого не брали ни в одну другую школу, но охотно приняли в "Баэр-гарден", хотя некоторые люди предсказывали, что это приведет к краху учебного заведения.

Да, Джо была очень счастлива там, несмотря на тяжелую работу, множество тревог и постоянный шум и гам. Она всей душой наслаждалась своей жизнью, а восхищение ее мальчиков приносило ей больше удовлетворения, чем любые похвалы остального мира, и теперь она не рассказывала сочиненных ею историй никому, кроме толпы ее восторженных сторонников и почитателей. Шли годы, и у нее появились два своих собственных мальчика, что дополнило ее счастье, - Роб, названный так в честь дедушки, и Тедди, беспечный малыш, который, казалось, унаследовал папин жизнерадостный характер и мамин деятельный дух. Как они умудрились остаться в живых и вырасти в этом водовороте мальчиков, оставалось тайной для их бабушки и тетей, но они росли и цвели, как одуванчики весной, а их грубоватые няни любили их и верно им служили.

В Пламфильде отмечали великое множество праздников, и самым замечательным из них был ежегодный сбор яблок, когда Марчи, Лоренсы, Бруки и Баэры собирались в полном составе и посвящали весь день этому событию. Один из таких благодатных праздников состоялся на пятый год после свадьбы Джо - в теплый, солнечный октябрьский день, когда воздух был полон бодрящей свежести, которая поднимала настроение и заставляла кровь веселей бежать в жилах. Старый сад стоял в праздничном наряде: золотарник и астры окаймляли покрытые мхом стены; в сухой траве весело скакали кузнечики, а сверчки стрекотали, словно сказочные дудочники на пиру; белки тоже были заняты сбором своего маленького урожая; птицы щебетали свои прощальные песни в зарослях ольхи у дорожки, и каждое дерево было готово обрушить вниз град красных или желтых яблок, как только его потрясут. Все были там; все смеялись и пели, карабкались вверх и сваливались вниз, все утверждали, что не было еще такого замечательного дня и такой веселой компании, чтобы так радоваться; и все предавались простым удовольствиям этого дня так вольно и открыто, словно не было в мире таких вещей, как забота или горе.

Мистер Марч безмятежно разгуливал с мистером Лоренсом, цитируя Тассера, Коули и Колумеллу и наслаждаясь "пьянящим соком яблок спелых". Профессор устремлялся, словно отважный немецкий рыцарь, с шестом вместо пики в проходы между рядами деревьев, возглавляя мальчиков, образовавших нечто вроде пожарной команды с лестницами и баграми и совершавших чудеса акробатики на земле и на деревьях. Лори всецело посвятил себя малышам: катал в большой корзине свою дочку, поднимал Дейзи наверх к птичьим гнездам и следил за безрассудно смелым Робом, чтобы тот не сломал себе шею. Миссис Марч и Мег сидели между грудами яблок, как две Помоны , сортируя плоды, которые все прибывали и прибывали, в то время как Эми с прекрасным, по-матерински ласковым выражением лица делала наброски разных групп участников праздника и приглядывала за одним бледным пареньком, который сидел, положив рядом маленький костыль и восторженно глядя на нее.

Джо в тот день была целиком в своей стихии и носилась повсюду с подвернутым подолом, со шляпой, которая была где угодно, но только не на голове, и с малышом под мышкой, готовая к любым происшествиям, какие только могли произойти. Маленький Тедди был, казалось, неуязвим для любых опасностей, так как с ним никогда ничего не случалось, и Джо не испытывала ни малейшей тревоги, когда его втаскивал на дерево один мальчуган, или катал на спине другой, или кормил зелеными яблоками потакающий ему папа, пребывавший во власти немецкой иллюзии, что дети могут переварить что угодно, от квашеной капусты до пуговиц, гвоздей и их собственных маленьких ботинок. Она знала, что Тедди опять появится в положенное время, невредимый и румяный, грязный и безмятежный, и она всегда была рада получить его обратно, так как нежно любила своих малышей.

В четыре часа наступило затишье, и корзины оставались пустыми, пока сборщики яблок отдыхали и сравнивали прорехи и синяки. Затем Джо и Мег вместе с отрядом старших мальчиков накрыли ужин на траве, так как чаепитие на открытом воздухе всегда было вершиной радостей этого дня. Земля буквально текла молоком и медом в подобных случаях, так как от мальчиков не требовали сидеть за столом, а позволяли есть, как они хотят; свобода - та приправа, которая особенно дорога мальчишечьим душам. Они пользовались этой редкой привилегией в полной мере: одни пытались осуществить интересный эксперимент, стараясь выпить молоко стоя на голове, другие придали новое очарование чехарде, кусая свои пироги после очередного прыжка, поле засевалось вразброс печеньем, а яблочные пирожки рассаживались на деревьях, как новый вид птичек. Маленькие девочки устроили отдельное чаепитие, а Тед бродил от одного кушанья к другому как ему заблагорассудится.

Когда никто уже не мог съесть больше, профессор предложил первый обычный тост, который всегда провозглашали по таким праздникам: "За тетю Марч, благослови ее Господь!" Тост от всей души провозглашал добрый человек, никогда не забывавший, сколь многим он ей обязан, и пили в тишине мальчики, которых учили всегда хранить память о ней.

- Теперь - за бабушкино шестидесятилетие! Долгих лет и девятикратное "ура"!

"Ура" прокричали с энтузиазмом, чему вы, вероятно, охотно поверите, и раз начавшиеся восторженные крики было нелегко остановить. Были предложены тосты за здоровье каждого - от мистера Лоренса, считавшегося особым покровителем школы, до изумленной морской свинки, которая случайно забрела в непривычную для себя обстановку, разыскивая своего юного хозяина. Затем Деми, как старший внук, представил виновнице торжества разнообразные дары, столь многочисленные, что их доставили к месту празднеств на тачке. Очень забавными были некоторые из этих подарков, но то, что, на взгляд других, могло считаться недостатками, в глазах любящей бабушки было украшением, так как все эти вещи дети изготовили сами. Каждый шов, который сделали терпеливые пальчики Дейзи, подрубившей носовые платочки, был для миссис Марч дороже самой искусной вышивки; ящик для обуви, подарок Деми, был чудом механики, даже несмотря на то, что крышка не закрывалась; сделанная Робом скамеечка под ноги оказалась очень шаткой, но бабушка объявила, что ей нравится это успокаивающее покачивание; и ни одна страница в роскошной книге, которую подарила ей дочка Эми, не показалась бабушке такой красивой, как та, на которой неровными печатными буквами было выведено: "Дорогой бабушке от ее маленькой Бесс".

Во время этой церемонии мальчики таинственным образом исчезли; и, когда миссис Марч, попытавшаяся поблагодарить своих детей, не выдержала и расплакалась от радости, а Тедди принялся вытирать ей глаза своим передничком, профессор неожиданно запел. Затем сверху, один за другим, ему стали вторить голоса и от дерева к дереву полетела мелодия невидимого хора: вкладывая в пение всю душу, мальчики исполняли поздравительную песню - Джо написала слова, Лори положил их на музыку, а профессор великолепно отрепетировал со своими учениками. Это было нечто совершенно новое, и успех оказался грандиозным: миссис Марч никак не могла прийти в себя от приятной неожиданности и настаивала на том, чтобы пожать руку каждой птичке без перьев - от высоких Франца и Эмиля до маленького квартерона, самого сладкоголосого в хоре.

После этого мальчики исчезли, чтобы предаться заключительным забавам дня, оставив миссис Марч и ее дочерей под пиршественным деревом.

- Я думаю, что мне не следует никогда больше называть себя "неудачницей Джо", ведь мое самое большое желание так чудесно исполнилось, - сказала миссис Баэр, вытаскивая маленький кулачок Тедди из кувшина с молоком, которое он с наслаждением вспенивал.

- И тем не менее твоя жизнь совсем не похожа на ту, какую ты рисовала себе много лет назад. Помнишь наши воздушные замки? - спросила Эми, с улыбкой наблюдая, как Лори и Джон играют в крикет с мальчиками.

- Дорогие мои! У меня сердце радуется, когда я вижу, что они забыли на один день о делах и резвятся здесь, - отозвалась Джо, которая теперь с материнским видом говорила обо всем человечестве. - Да, я помню, но такая жизнь, о какой я мечтала тогда, кажется мне теперь пустой, эгоистичной, одинокой и холодной. Я еще не оставила надежды написать хорошую книгу, но она подождет, и я уверена, что она будет еще лучше благодаря такому опыту и примерам, как эти. - И Джо указала сначала на резвящихся в отдалении мальчиков и на своего отца, прогуливающегося под руку с профессором на солнышке и увлеченного одной из тех бесед, которые оба очень любили, а затем на свою мать, сидящую, как на троне, среди своих дочерей, с внуками на коленях и у ее ног, так, словно все находили помощь и счастье в ее добром лице, которое для них никогда не старело.

- Мои мечты осуществились в большей степени, чем у остальных. Конечно, я просила замечательных вещей, но в глубине души знала, что буду довольна, если у меня будет маленький домик, Джон и милые дети, как эти. У меня есть все это, слава Богу, и я счастливейшая женщина на свете. - И Мег положила руку на голову своего высокого мальчика с выражением нежного и искреннего удовлетворения.

- Мой настоящий замок очень отличается от того воздушного, который я строила, но я не хотела бы изменить его, хотя, как и Джо, я не оставила своих художественных исканий и не считаю, что должна ограничиться помощью другим в осуществлении их мечты о красоте. Я начала лепить фигуру ребенка, и Лори говорит, что это лучшая из всех моих работ. Я и сама так думаю и хочу позднее выполнить ее в мраморе, тогда, что бы ни случилось, я смогу сохранить хотя бы образ моего маленького ангела.

Когда Эми произносила эти слова, большая слеза скатилась по ее щеке и упала на золотистую головку ребенка, спавшего у нее на руках: ее единственная горячо любимая дочь была слабенькой и страх потерять ее омрачал счастье Эми. Это испытание во многом влияло на обоих родителей девочки - любовь и горе связывали их еще теснее. Натура Эми обретала большую мягкость, глубину, нежность; Лори становился серьезнее, сильнее, решительнее; и оба узнавали на опыте, что красота, молодость, богатство и сама любовь не могут отвратить заботу и страдание, потерю и горе даже от самых счастливых, ибо

Без печальных и дождливых дней Ни одна жизнь в мире не проходит.

- Она становится крепче и здоровее, я уверена, дорогая. Не падай духом, надейся и не грусти, - сказала миссис Марч, а добросердечная Дейзи, сидевшая у нее на коленях, наклонилась, чтобы прижаться своей румяной щекой к бледной щечке своей маленькой кузины.

- Я никогда не предамся отчаянию, пока у меня есть ты, мама, чтобы подбодрить меня, и Лори, чтобы взять на себя большую часть любого бремени, - ответила Эми с теплотой. - Он никогда не дает мне почувствовать его тревогу, но, напротив, всегда так мил и терпелив со мной, так преданно любит Бесс, всегда остается для меня такой опорой и утешением, что я люблю его все сильнее. Так что, несмотря на этот крест, который мне приходится нести, я могу сказать вслед за Мег: "Слава Богу, я счастливая женщина".

- Я могу и не говорить этого, так как каждый видит, что я счастливее, чем того заслуживаю, - добавила Джо, переводя взгляд со своего доброго мужа на полнощеких детишек, кувыркающихся на траве рядом с ней. - Фриц седеет и толстеет; я становлюсь худой, как щепка, и мне тридцать; мы никогда не разбогатеем, а Пламфильд может сгореть дотла в любую ночь, так как этот неисправимый Томми Бэнгз продолжает курить самодельные сигары под одеялом, хотя уже трижды сам себя поджигал. Но, несмотря на все эти неромантичные обстоятельства, мне не на что жаловаться и никогда еще не было так "замечательно здорово". Прошу прощения за эти последние слова, но, живя среди мальчиков, я не могу не употреблять время от времени их выражения.

- Да, Джо, я думаю, ты получишь хороший урожай, - начала миссис Марч, спугивая большого черного сверчка, смущавшего Тедди своим пристальным взглядом.

- Но далеко не такой хороший, как тот, что получила ты, мама. Вот он, и нам никогда не суметь достаточно отблагодарить тебя за все, что ты терпеливо посеяла и сжала! - воскликнула Джо со своей обычной горячностью, от которой так и не избавилась с годами.

- Надеюсь, что с каждым годом будет все больше зерна и все меньше плевел, - сказала Эми тихо.

- Огромный урожай, но я знаю, дорогая мама, в твоем сердце хватит места для него, - добавила Мег с нежностью в голосе.

Тронутая до глубины души, миссис Марч могла лишь раскрыть объятия, словно желая привлечь к себе всех детей и внуков, и сказала с материнской любовью, благодарностью и смирением:

- О, мои девочки, сколько бы вы ни жили, я никогда не смогу пожелать вам большего счастья, чем это!

< Prev. Chapter  |  Next Chapter >