Read synchronized with  English 
Страшила из Страны Оз.  Л. Фрэнк Баум
Глава 14. ЛЕДЯНОЕ СЕРДЦЕ
< Prev. Chapter  |  Next Chapter >
Font: 

Первым проснулся в хижине Пона Пуговка. Пока Трот и Пон спали, мальчик решил погулять. На кусте у дома росли черные ягоды. Пуговка подошел поближе и, увидев, что ягоды спелые и приятно пахнут, начал ими угощаться. На поляне было много таких кустов, и Пуговка беззаботно переходил от одного куста к другому. Мимо пролетела бабочка, и Пуговка кинулся за ней вдогонку. Погоня продолжалась довольно долго, а когда Пуговка наконец остановился, чтобы оглянуться, он не только не увидел домика Пона, но и вообще не знал, где находится.

- Ну вот, опять заблудился, - сказал он сам себе. - Но ничего, я терялся много раз. Кто-нибудь меня да найдет.

Когда Трот проснулась и увидела, что Пуговки нет в доме, она немножко заволновалась, но потом решила, что он скоро вернется.

Пон приготовил завтрак, и, поев, они с Трот вышли во двор, где ярко светило солнце.

Домик Пона стоял довольно далеко от дороги, но все же они видели ее, и оба испуганно воскликнули, когда заметили двух солдат, которые вели куда-то принцессу Глорию. У бедняжки были связаны руки, и, когда она замедляла шаг, солдаты довольно грубо тащили ее за собой.

За ними шествовал король Груб. В руке у него был золотой скипетр с набалдашником, украшенным рубинами и изумрудами, а на голове корона.

- Куда это они? - спросила Трот.

- К колдунье Блинки, наверное, - с дрожью в голосе ответил Пон. - Пойдем за ними следом. Как бы они не обидели мою дорогую Глорию!

- А они нас не заметят? - робко осведомилась Трот.

- Ни за что. Я знаю короткую дорогу к дому Блинки.

Они побежали по тропинке между деревьями и оказались у хижины колдуньи раньше короля и его приспешников. Спрятавшись в кустах, они увидели, как к домику подвели бедную девушку. Глория прошла так близко от Пона, что тот мог протянуть руку и коснуться своей возлюбленной. Но он не осмелился это сделать.

У домика Блинки было восемь стен и на каждой по двери и по окну. Из трубы шел дым. Когда солдаты подвели Глорию к одной из дверей, им открыла сама Блинки. Она хихикала и потирала свои тощие руки. Ей не терпелось поскорее испробовать злые чары на столь юном и прекрасном существе.

Когда Глорию попытались ввести в дом, она стала упираться, и солдаты втащили ее силком, а король толкнул в спину. Пон так возмутился, что, забыв об осторожности, ринулся в дом, но солдат был начеку: он с силой оттолкнул юношу и захлопнул дверь.

- Ничего, ничего, - утешала Трот Пона, пока тот с трудом поднимался на ноги. - Даже если бы ты и попал в дом, то вряд ли смог бы помочь принцессе. Вот несчастье, что ты влюбился именно в нее!

- Это точно, - согласился Пон. - Действительно, несчастье! Если бы я не любил ее, то мне было бы все равно, как обращается король со своей племянницей. Но увы! Я влюблен в нее и потому должен защищать ее. Это мой долг.

- Долг долгом, но как это у тебя получится? - осведомилась Трот.

- Пока я ничего не могу поделать, их много, а я один. Но мы можем поглядеть в окно, что они там вытворяют.

Трот тоже одолело любопытство, и они подкрались к домику и заглянули в окошко. Колдунья, король и солдаты были так заняты, что не обратили на них внимания.

Посреди комнаты стоял столб, и, к нему была привязана Глория. Король вручал Блинки деньги и драгоценности, которые передал ему Гуги Гу. Покончив с этим, король спросил:

- Ты уверена, что сможешь так заморозить ее сердце, что она разлюбит этого простолюдина?

- Честное колдовское, ваше величество, - сказала Блинки.

- Тогда действуй, - велел король. - А я пойду. Замораживание сердца, похоже, - неприятная штука, а я не хочу лишний раз расстраиваться. Так что желаю тебе всего наилучшего и надеюсь, ты выполнишь свое обещание. Но учти, если у тебя ничего не выйдет, я сожгу тебя на костре. - И, махнув рукой своим солдатам, чтобы те следовали за ним, король открыл дверь и вышел.

Он сделал это так стремительно, что чуть было не застал у окошка подглядывающих Пона и Трот. К счастью, в самый последний момент они увидели, что король в дверях, и успели спрятаться за угол дома. Король зашагал по дороге, а за ним его солдаты. Бедняжка Глория осталась привязанной к столбу в доме колдуньи.

Когда Трот и Пон снова подкрались к окну, то увидели, что Блинки таращится на свою жертву. Глория была готова упасть в обморок от испуга, но она гордо и с презрением смотрела на старуху. Она была так крепко привязана, что не могла пошевелить ни ногой, ни рукой и только взглядом выражала презрение.

Блинки подошла к котлу, подвешенному на цепи к очагу, и бросила в него какие-то волшебные снадобья. В котле вспыхнуло три раза, и при каждой вспышке в комнате появлялось по ведьме.

Все они были жутко уродливые, но когда Блинки прошептала им, что надо сделать, они радостно заплясали вокруг Глории. Одна за другой ведьмы бросили что-то в котел, и затем, к удивлению Трот и Пона, все три старые карги превратились в прелестных молодых девушек, одетых в прекрасные платья. Только глаза их не изменились - ведьмы то и дело бросали по сторонам злобные, угрюмые взгляды. Когда же они отворачивались или смотрели в пол, то невозможно было не залюбоваться этими созданиями, даже зная, что это не настоящие девушки, а заколдованные ведьмы.

Трот не могла отвести от них глаз, потому что никогда не видела таких красавиц, но вскоре ее восторг перешел в ужас, потому что она увидела, что они делают.

Старуха Блинки вынула из комода маленький кувшин и подлила в котел какого-то зелья. От этого зелья котел закипел и забулькал еще сильней, и из него повалил густой дым. По очереди ведьмы-девушки стали подходить к котлу и помешивать варево, произнося при этом какие-то заклинания. Они двигались с удивительной грацией, а главная колдунья наблюдала за их действиями со злобной улыбкой на сморщенном лице.

Наконец все было готово. Котел перестал булькать, и ведьмы втроем сняли его с огня. Затем Блинки взяла деревянный черпак и набрала в него варева. Подойдя к Глории с черпаком в руке. Блинки воскликнула:

Замерзни, кровь,

Умри, любовь!

И с этими словами она выплеснула содержимое на грудь Глории.

Тотчас же тело принцессы сделалось совершенно прозрачным, и Трот увидела, как бьющееся сердце Глории внезапно из красного сделалось серым, а затем белым. Оно покрылось инеем, и на нем образовались крошечные сосульки. Затем постепенно тело Глории приняло обычный вид, и сердца не стало видно. Казалось, до этого Глория находилась в обмороке, но теперь она пришла в себя, открыла глаза и посмотрела на ведьм ледяным взглядом.

По этому ледяному взгляду Блинки и ее помощницы сразу поняли, что колдовство сработало. Они разразились жутким хохотом, три ведьмы пустились в пляс, а Блинки стала отвязывать Глорию.

Трот удивленно протерла глаза, чтобы проверить, не изменяет ли ей зрение. Там, где только что были три красавицы, возникли три уродливые старухи с метлами. Они стали издеваться над Глорией, тыча в нее пальцами, но принцесса смотрела на них с ледяным безразличием. Она подошла к двери, распахнула ее и вышла. Ведьмы и не попытались ей помешать.

Трот и Пон, наблюдая за происходящим, так тесно прижались лбами к окну, что оконная рама не выдержала и стекло с грохотом упало в комнату и разбилось. Увидев, что за ними подсматривали, ведьмы с дикими криками бросились к окну, воинственно подняв свои метлы. Но Пон стремительно бросился наутек, и Трот от него не отставала. Страх подстегивал их, помогая перепрыгивать через канавы и ограды, взбегать на холмы и продираться через кустарник.

Ведьмы ринулись было вдогонку, но они были такие старые, скрюченные и неуклюжие, что быстро сообразили: беглецов им не догнать. Тогда все три карги уселись на свои метлы, взлетели в воздух и вскоре исчезли из виду. Но Блинки так рассердилась на Пона и Трот, подглядевших, как она колдует, что заковыляла в ту сторону, куда они умчались, надеясь рано или поздно поймать и жестоко наказать их.

Отбежав на приличное расстояние и решив, что теперь им уже не угрожает погоня, Пон и Трот сели на опушке леса перевести дух. Первой пришла в себя Трот и сказала своему спутнику:

- Ужас-то какой, верно?

- Жуть, - согласился Пон.

- Они все-таки заморозили сердце Глории. Значит, она не сможет больше любить тебя.

- Сердце они, конечно, заморозили, - сказал юноша, - но я надеюсь снова растопить его своей жаркой любовью.

- Где сейчас, по-твоему, Глория? - спросила Трот, немного помолчав.

- Она ушла из дома Блинки незадолго до нас. Наверное, вернулась в замок.

- А мне кажется, она двинулась в противоположную сторону. Когда мы удирали от ведьм, я один раз оглянулась посмотреть, нет ли погони, и увидела Глорию. Она медленно шла на север.

- Тогда давай тоже пойдем на север, - предложил Пон. - Может, нам удастся найти ее.

Трот согласилась, и они двинулись на север, снова приблизившись к домику Блинки. Но колдунья, и не подозревая о том, что они повернули назад, дошла до опушки и спокойно поплелась дальше.

Вскоре Пон и Трот увидели Глорию. Принцесса шла неторопливой величественной походкой, высоко подняв голову и глядя прямо перед собой.

Пон бросился к ней, говоря что-то очень ласковое и расставив руки, чтобы обнять ее. Но Глория холодно посмотрела на него и коротким жестом велела ему не приближаться. От такой встречи юноша упал на колени и, закрыв лицо руками, горько заплакал. Принцесса равнодушно посмотрела на него. Более того, проходя мимо, она поддернула свои юбки, чтобы невзначай не коснуться Пона. Она еще немножко прошла вперед и остановилась, думая, куда направиться дальше.

Трот очень расстроили слезы Пона и ледяное обращение с ним Глории. Но она прекрасно понимала, почему Глория так себя ведет.

- У тебя теперь ледяное сердце, да? - поинтересовалась Трот у принцессы. Та молча кивнула и отошла от девочки. - Я тоже тебе не нравлюсь? - грустно спросила Трот.

- Нет, - отрезала Глория.

- Ты прямо как холодильник, - вздохнула девочка. - Мне тебя очень жаль: еще вчера ты была совсем другой. Ты, конечно, не виновата, но все равно это ужасно.

- Мое сердце забыло, что такое любовь, - равнодушно отозвалась Глория. - Я не люблю даже себя.

- Это плохо, - сказала Трот. - Если ты сама себя не любишь, то кто же полюбит тебя?

- Я! - воскликнул Пон. - Я всегда буду любить ее.

- Ты всего-навсего помощник садовника, - сказала Трот. - Что ты можешь сделать?! Мне самой очень нравилась принцесса Глория, добрая, обаятельная, отзывчивая, но это не Глория, а кошмар!

- Просто у нее ледяное сердце, - сказал Пон.

- Этого вполне достаточно, - отозвалась Трот. - Если бы ее сердце было размером с каток, люди могли бы хоть всласть покататься на коньках. А так все будут сторониться ее, вот и все! Ну а я пойду искать Пуговку.

- Я с тобой! - сказал Пон. - Глория больше меня не любит, моей любви недостаточно, чтобы растопить лед ее сердца, так что я готов помочь в твоих поисках.

Трот зашагала по дороге, а Пон бросил последний умоляющий взгляд на Глорию, ответившую ему холодным безразличием, и пустился догонять Трот.

Принцесса же еще немного поколебалась и наконец двинулась в том же направлении, что и Пон с Трот, только гораздо медленнее. Вскоре она услышала за своей спиной топот и, обернувшись, увидела, что к ней подбегает запыхавшийся Гуги Гу.

- Остановись, Глория! - крикнул он. - Я за тобой. Сейчас мы отправимся в мой особняк и сыграем свадьбу.

Она удивленно посмотрела на него, но потом медленно вскинула голову и двинулась дальше. Гуги Гу не отставал.

- В чем дело? - вопрошал он. - Разве ты не разлюбила этого мальчишку, который путался у меня под ногами?

- Разлюбила, - сказала Глория. - Мое сердце погибло для любви. Теперь я не люблю ни Пона, ни моего жестокого дядю-короля, ни тебя, ни себя. Ступай своей дорогой, Гуги Гу, я не выйду замуж ни за кого.

Услышав это, старик остановился в замешательстве, но тотчас же сердито воскликнул:

- Ты должна выйти за меня замуж, принцесса Глория, хочешь ты того или нет! Я раскошелился на Блинки, чтобы тебе заморозили сердце. Я также много заплатил королю, чтобы он позволил мне на тебе жениться. Если ты и теперь мне откажешь, это значит, что у меня просто отняли - отняли! - отняли! - все мои деньги и драгоценности. Разорили!

Он чуть не плакал от отчаяния, но Глория холодно и презрительно рассмеялась и пошла дальше. Гуги Гу схватил ее за руку, чтобы удержать, но она повернулась к Гуги Гу и толкнула его другой рукой так, что он отлетел в канаву. Он долго лежал там в воде и грязи, плохо понимая, что случилось. Наконец старик придворный кое-как выкарабкался из канавы. Принцессы и след простыл. И тогда, извергая проклятия в адрес Глории, короля и Блинки, Гуги Гу захромал к себе домой, чтобы поскорее очистить грязь с дорогого бархатного камзола.