Read synchronized with  English 
Чудесная Страна Оз.  Л. Фрэнк Баум
Глава 17. ФАНТАСТИЧЕСКИЙ ПОЛЕТ РОГАЧА
< Prev. Chapter  |  Next Chapter >
Font: 

Вскоре друзья вновь собрались на крыше, и чего только они с собой не нанесли: никто ведь не знал толком, что потребуется для самоделки! Кувыркун снял со стены в зале голову Рогача, украшенную роскошными рогами, и с огромными трудностями и предосторожностями втащил ее по лестнице на крышу. Рогач, надо вам сказать, очень похож на лося, только нос у него легкомысленно вздернутый, а бородка на манер козлиной.

Чем Кувыркуну приглянулось это чучело и почему он решил прихватить его с собой - объяснить не мог никто, даже он сам.

Тип вдвоем с Конем выволокли на крышу огромный старый диван с высокой спинкой и боками, такой тяжелый, что, поднимая его по лестнице с помощью могучего и неутомимого четвероногого, мальчик совсем выбился из сил.

Тыквоголовый принес метлу - первое, что попалось ему на глаза. Страшила явился с мотком бельевой веревки, он подобрал ее во дворе, а карабкаясь по лестнице, так в ней запутался, что на крышу вывалился уже в клубке, который так бы, пожалуй, и покатился вниз, если бы Тип его вовремя не подхватил.

Железный Дровосек пришел последним. Он тоже побывал во дворе и срубил четыре широких разлапистых листа с огромной пальмы, которая там росла и которой очень гордились обитатели Изумрудного Города.

- Дружище Ник! - воскликнул Страшила, увидев, что сделал его друг. - Более тяжкого преступления в Изумрудном Городе совершить просто нельзя! Сколько я помню, порубка листьев с королевской пальмы карается семикратной смертной казнью с последующим пожизненным заключением.

- Теперь уж ничего не поделаешь, - сказал Железный Дровосек, сгружая огромные листья на крышу, - спасение только в бегстве.

Друзья с большим сомнением осмотрели груду хлама, выросшую перед ними. Страшила покачал головой и сказал:

- Если Ник сумеет смастерить из этого летучую самоделку, которая унесет нас к свободе, я готов признать его искуснейшим мастером на целом свете.

Сам Железный Дровосек был, похоже, не очень-то уверен в успехе. Довольно длительное время он энергично полировал кусочком замши лоб и лишь после этого взялся за дело.

- Очень важно, - сказал он, - чтобы корпус был достаточно большим и мы в нем могли разместиться. Самое большое, что у нас здесь есть, это диван. Но если машина накренится в полете, мы же разом попадаем вниз!

- Почему бы не соединить два дивана? - предложил Тип. - Внизу есть еще один точно такой же.

- Очень разумное предложение! - воскликнул Железный Дровосек. - Немедленно тащите сюда второй диван.

Тип и Конь с большим трудом выволокли на крышу второй диван, составили их сиденье к сиденью, так что бока и спинки образовали нечто вроде ограды, внутри которой все могли безопасно разместиться.

- Отлично! - обрадовался Страшила. - В таком уютном гнездышке можно летать в свое удовольствие.

Два дивана были крепко-накрепко связаны бельевой веревкой, а с одного края Ник-Дровосек привязал голову Рогача.

- Теперь ясно, где у нашей самоделки перед, - сказал он, очень довольный своей выдумкой. - Рогач будет украшать нос нашего корабля. А пальмовые листья, ради которых я семь раз подверг свою жизнь опасности, будут крыльями.

- А они достаточно крепкие? - усомнился мальчик.

- Крепче не бывает, - ответил Дровосек. - На вид они, правда, не идут в сравнение с корпусом, но нам сейчас выбирать не приходится.

И он привязал пальмовые листья к диванам, по два с каждой стороны.

Кувыркун был в восторге.

- Готово! - закричал он. - Осталось только оживить.

- Стойте, - вспомнил вдруг Джек. - А как же моя метла?

- К чему здесь метла? - спросил Страшила.

- Ну, можно привязать ее сзади, получится хвост, - ответил Тыквоголовый. - Разве можно считать летучую самоделку готовой без хвоста?

- Гм, - хмыкнул Железный Дровосек, - признаться, я не очень понимаю, зачем ей хвост. Мы не сооружаем зверя, или птицу, или рыбу. Нам нужно только одно: чтобы самоделка могла летать.

- Но может быть, когда она оживет, она будет использовать хвост как руль, - предположил Страшила. - Потому что, если она летает по воздуху, она все-таки похожа на птицу, а я не раз примечал, что у птиц есть хвосты, которыми они рулят в полете.

- Ну хорошо, - согласился Ник, - пусть метла будет хвостом. - И он крепко-накрепко привязал ее к заднему концу корпуса-дивана.

Тип достал из кармана перечницу.

- Уж очень эта штука велика, - с беспокойством сказал он, - не знаю, хватит ли порошка, чтобы оживить ее всю. Но я постараюсь растянуть, насколько возможно.

- Сыпь побольше на крылья, - посоветовал Ник-Дровосек, - они должны быть особенно сильными.

- И про голову не забудь! - напомнил Кувыркун.

- И про хвост, - добавил Тыквоголовый Джек.

- Вы лучше помолчите, - оборвал их Тип (он явно нервничал), - а то я что-нибудь напутаю в колдовстве.

С огромной осторожностью он начал рассыпать драгоценный порошок по самоделке. Прежде всего покрыл тонким слоем каждое из четырех крыльев, потом посыпал диваны и даже самую малость стряхнул на метлу.

- Голову! ГоловуУмоляю, не забудь про голову! - возбужденно кричал Кувыркун.

- Но порошка осталось совсем немного, - сказал Тип заглядывая в коробочку, - важнее, мне кажется, оживить ножки диванов.

- Ты не прав, - возразил Страшила. - Голова всему голова! А поскольку этому существу летать, а не ходить, ноги оживлять даже и не обязательно.

С таким суждением Тип согласился и высыпал остаток порошка на голову Рогача.

- А теперь, - сказал он, - помолчите, я должен произнести заклинание.

Тип слышал, как произносила волшебную формулу старая Момби, и уже оживлял однажды Коня, поэтому он довольно уверенно выговорил все три слова, каждый раз производя руками соответствующий жест. Это была торжественная и впечатляющая церемония.

Самоделка вздрогнула всем своим громоздким телом, взревела, как ревут обыкновенно Рогачи в лесу, и отчаянно захлопала всеми четырьмя крыльями.

Страшным ветром, который от этого поднялся, Типа, конечно же, снесло бы с крыши, не успей он ухватиться за трубу. Страшила, весивший меньше всех, отлетел далеко в сторону и, наверное, улетел бы неведомо куда, если бы Тип, по счастью, не успел схватить его за ногу. Кувыркун лег плашмя, прижался к крыше и таким образом избежал беды, а Железный Дровосек был достаточно тяжел и сам послужил якорем для Тыквоголового Джека, которого он обхватил обеими руками. Конь был повален порывом ветра и теперь лежал на спине, беспомощно суча ногами.