Read synchronized with  English 
Чудесная Страна Оз.  Л. Фрэнк Баум
Глава 10. К ЖЕЛЕЗНОМУ ДРОВОСЕКУ
< Prev. Chapter  |  Next Chapter >
Font: 

Тип, разумеется, промок до нитки, вода стекала с него ручьями, однако же он догадался наклониться вперед и крикнуть Коню в самое ухо: "Уймись ты, дурак! Уймись!"

Конь тотчас перестал барахтаться и спокойно поплыл по течению, как небольшой, но надежный плот.

- Что значит "дурак"? - осведомился он.

- Это очень укоризненное выражение, - ответил Тип, которому сразу стало стыдно за свою грубость. - Я употребляю его, только если очень рассержусь.

- Тогда и я со своей стороны мог бы назвать тебя дураком, - возразил Конь. - Разве я придумал, чтобы в этом месте протекала река? И разве хорошо злиться на меня за то, в чем я нисколько не виноват?

- Ты прав, - согласился Тип, - а виноват я и готов попросить прощения. - Затем он обратился к Тыквоголовому: - С тобой все в порядке, Джек?

Ответа не было. Тогда мальчик окликнул Короля:

- Ваше величество, с вами-то все в порядке?

Страшила застонал.

- Какой уж тут порядок! - просипел он слабым голосом. - Вода невозможно мокрая!

Тип был так крепко связан, что не мог оглянуться на своих товарищей. Он мог только попросить Коня:

- Подгребай, пожалуйста, к берегу.

Конь старался изо всех сил, и в конце концов, хоть и не без труда, они достигли-таки противоположного берега реки и выбрались на сушу.

Изловчившись, мальчик сумел достать из кармана перочинный ножик и перерезал веревки, которыми ездоки были привязаны друг к другу и к деревянному скакуну. Он услыхал, как тяжело плюхнулся наземь Страшила, затем быстро спрыгнул сам и тут только смог увидеть своего тыквоголового друга.

Его деревянное туловище в великолепных, хотя и мокрых одеждах по-прежнему восседало на лошадиной спине, но уже без головы-тыквы - на ее месте сиротливо торчал колышек, служивший Джеку шеей. Что касается Страшилы, то от тряски вся солома в нем переместилась в нижнюю часть, так что бедняга лицом стал похож на японского мопса.

Наверное, это выглядело очень смешно, но Типу было не до смеха: он не на шутку испугался за Джека. Страшила, хоть и пострадал, но был все-таки цел. Джекова голова, жизненно ему необходимая, исчезла неизвестно куда. Мальчик схватил длинный шест, оказавшийся, к счастью, под рукой, и отправился на поиски вниз по течению реки.

Золотистую тыкву, покачивающуюся на волнах, он заметил издалека. Дотянуться до нее было невозможно, но спустя какое-то время она сама подплыла ближе к берегу, потом еще ближе, и наконец мальчик смог зацепить ее шестом и подтащить к себе. Он бережно отер воду с тыквенного лица носовым платком, побежал назад к Джеку и водрузил обратно на положенное место.

- Боже! Какое ужасное приключение! - таковы были первые Джековы слова. - Интересно, портятся ли тыквы от воды?

Тип не стал отвечать на этот вопрос, ведь в его помощи нуждался Страшила. Он аккуратно извлек солому из королевского туловища и ног и разложил ее на солнышке сушиться. Мокрую одежду он развесил на Коне.

- Если тыквы от воды портятся, - глубокомысленно рассуждал тем временем Джек, - мои дни сочтены.

- Я никогда не замечал, чтобы тыквы от воды портились, - сказал на это Тип, - если, конечно, вода не кипяток. Пока голова у тебя не треснула, друг мой, ты можешь не беспокоиться о своем здоровье.

- О, моя голова совершенно цела, - тут же откликнулся Джек, явно приободрившись.

- Тогда все в порядке, - сказал мальчик, - и нечего переживать: от заботы кошки дохнут.

- Я рад, - серьезно сказал Джек, - что я не кошка.

Солнце быстро высушило их одежду. Тип не забывал ворошить солому его величества, и очень скоро она стала сухой и хрустящей, как всегда.

Тогда он аккуратно набил Страшилу и разгладил его лицо так, что оно приняло свое обычное веселое и симпатичное выражение.

- Большое спасибо, - бодро сказал монарх после того, как погулял немного по берегу и убедился, что вновь способен ходить и держать равновесие. - Быть соломенным пугалом в некоторых отношениях очень удобно. Если рядом друзья, всегда готовые прийти на помощь, можно идти без страха навстречу любой опасности.

- Интересно, не трескаются ли тыквы от жары, - снова забеспокоился Джек.

- Можешь не волноваться, - отозвался жизнерадостный Страшила. - Тебе нечего бояться, мой мальчик, разве только старости. Когда твоей златой юности придет конец - тут нам придет пора расстаться. А волноваться заранее, право, не стоит: что будет, то будет. Однако нам пора ехать. В дорогу! Мне так хочется поскорее увидеть моего друга - Железного Дровосека!

Все трое вновь уселись на Коня, Тип ухватился за упор, Тыквоголовый - за Типа, а Страшила обхватил обеими руками деревянное туловище Джека.

- Поезжай, но не быстро, за нами теперь никто не гонится, - наставлял Джек своего скакуна.

- Ладно, - грубовато бросил тот.

- Мне кажется, ты немного охрип, не простудился ли? - участливо осведомился Тыквоголовый. Конь сердито взбрыкнул и скосил глаз на Типа.

- Гляди-ка, - фыркнул он, - и этот тоже вздумал меня укорять.

- Ну что ты, - стал успокаивать его Тип, - Джек вовек не хотел тебя обидеть. И вообще нам незачем ссориться, мы же все добрые друзья!

- Я не желаю иметь дела с Тыквоголовым, - заупрямился Конь, - он слишком легко теряет голову и вообще он мне не компания.

Никто не нашелся, что на это ответить, и некоторое время они ехали в молчании.

Вдруг Страшила заговорил:

- Как мне все здесь напоминает старые добрые времена! Вот на этом зеленом холме я спас когда-то Дороти от Пчел Злой Волшебницы Запада.

- Не портятся ли тыквы от пчелиных укусов? - опасливо озираясь, спросил Джек.

- Вопрос излишний, ведь Пчелы давно мертвы, - ответил Страшила. - А вот на этом месте Ник-Дровосек порубил Серых Волков Злой Волшебницы.

- А кто такой Ник-Дровосек? - спросил Тип.

- Так зовут моего друга Железного Дровосека, - отвечал его величество. - А вот здесь Летучие Обезьяны захватили нас в плен и унесли прочь маленькую Дороти, - сказал он некоторое время спустя.

- А как Летучие Обезьяны относятся к тыквам? - спросил Джек, заранее дрожа от страха.

- Не знаю, но волноваться опять-таки нет причин, - сказал Страшила, - ведь Летучие Обезьяны давно и верно служат Глинде, нынешней владелице Золотой Шапки.

И набитый соломой монарх надолго умолк, погрузившись в воспоминания. А Конь все скакал и скакал вперевалку мимо усыпанных цветами полей и нес своих седоков вперед.

Между тем наступили сумерки, постепенно сгустившись в ночь. Тип остановил Коня, и все спешились.

- Я так устал, - признался мальчик, зевая, - а трава такая мягкая и прохладная! Давайте приляжем здесь и поспим до утра.

- Но я не умею спать, - возразил Джек.

- И я тоже никогда не сплю, - сказал Страшила.

- А я даже не знаю, что такое спать, - добавил Конь.

- Мы, однако, должны быть внимательны к бедному мальчику, ведь он сделан всего лишь из плоти и костей, - рассудил Страшила. - Точно так же вела себя, помнится, маленькая Дороти. Ночью она всегда спала, а мы сидели рядом и ее охраняли.

- Вы уж простите меня, - кротко сказал Тип, - но мне без сна никак не обойтись. К тому же я ужасно голоден!

- Вот новая опасность! - охнул Джек. - Ты, может быть, еще и любишь тыквы?

- Только не вареные и не в виде начинки для пирога, - смеясь, ответил мальчик. - Так что не бойся меня, приятель Джек.

- Тыквоголовый, да ты просто трус! - презрительно фыркнул Конь.

- Будешь трусом, если знаешь, что в любой момент можешь испортиться или быть съеденным, - сердито огрызнулся Джек.

- Полно! - вмешался Страшила. - Не надо ссориться. У каждого из нас свои слабости, дорогие друзья, будем же друг к другу внимательнее. Бедный мальчик голоден, а есть ему все равно нечего, так давайте хоть соблюдать тишину: кто спит, тот обедает.

- Вот спасибо! - благодарно воскликнул Тип. - Ваше величество столь же добр, сколь и мудр, - этим все сказано!

Он растянулся на траве и вскоре уже спал глубоко и крепко, положив голову на набитый соломой живот Страшилы, как на подушку.